«Словно подхваченные ветром лепестки, разлетаются воспоминания. Великолепный зал, освещенный множеством свечей, величественное пение. Среди придворных певчих — Андрей Федорович, половинка ее, душа родная…»
«Чтобы прожить день, каждый раз приходится заново искать Бога. Иногда кажется, что уже знаешь, как это. Но отсутствие благодати так очевидно делает беспомощным…»
В считаные мгновения все мои убеждения рассыпались перед лицом Красоты. Я почувствовал такую любовь, какую никто в жизни не мог бы мне дать, на душе стало просто ослепительно светло…
«После армии я стал ходить по монастырям. Ходил от Львова до Эстонии пешком, трудился много. Почему? Невозможно объяснить. Хочешь ходить, узнавать что-нибудь. Жить учишься…»
«Вспоминая многие обыкновенные чудеса Божии, чаянные и нечаянные, думаю, какая это удивительная связь человека с Небом — икона, и как по-настоящему счастливы те, кто эту связь обретают…»
«Чтобы смириться, нужно делать усилия. Это путь, и по нему еще надо пройти, прежде чем станет красиво. Но есть светлые минуты, когда Бог Сам показывает, что можно жить по-другому. И хочется так жить…»
«Каждый день душа христианская либо умирает, пав смертью храбрых, либо сдается, уступая вечным врагам: миру, плоти, дьяволу. Лишь непрестанной смертью можно доказать верность тому, за что воюешь».
«Живя церковной жизнью, я вновь и вновь убеждаюсь: всё, что я могу, — это только всё глубже и отчетливее осознавать, что ничего не могу. Это осознание поражает как ток всё твое существо…»
«В Христе заключается полный и единственный ответ на всё». 23 ноября 1654 года математик Блез Паскаль пережил встречу с небесным миром, потрясшую его внутреннее существо…
«Я смотрю на икону и думаю, как мне сказать всего два слова, но именно Богу… Когда подошла на исповедь и встала на колени, смогла только выдавить: "Господи, помилуй!" У меня не было больше слов…»
«И хлынули рекой слезы, и вспомнилось всё забытое, пережитое, вся каторжно тяжкая жизнь. И я оплакивал всю ее, чувствуя, что меня сейчас жалеют так, как никто никогда пожалеть не сможет…»
«Красота неуловимо трогает душу, и хочется жить, жить красиво, светло. В себе я этого не нахожу, душа тяжко болит и страдает. И только последняя надежда — Бог, Который никогда не оставит…»
«Познав на путях мира, что есть смерть, человек ищет жизни. И жизнь эту находит в церкви. "Я есмь Путь, Истина и Жизнь". В какой-то момент достигаешь места покоя, края желаний…»
Бытует мнение, что в монастырь уходят те, у кого не сложилась личная жизнь. Так ли это? Юная послушница Ольга рассказывает о своем пути в монастырь.
«Каждый раз, приходя в храм, я видела одну женщину. Она всё время стояла за одной из колонн, понурив голову и молясь. Весь ее внешний вид вызывал у меня жалость. Но однажды случилось преображение…»
Я отхожу в сторону, но взгляд во мне, он меня не отпускает. И приходит вдруг пронзительное чувство, что мы одни в целом мире — я и Тот, Кто на иконе…
«Княгиня Елисавета, еще будучи неправославной, посетив Иерусалим, сказала, что хотела бы быть похоронена на Святой земле, в Гефсимании. Как Бог человека слышит!..»
Ее можно увидеть на каждой службе. Как ей это удается? О воцерковлении, воспитании детей и чудесах, которые есть в жизни каждого верующего человека, мы спросили у нашей прихожанки.
Кажется, нет большей скорби у христианина, чем видеть своих ближних, утопающих в неверии. Слова, убеждения и даже слезы чаще всего не помогают, и остается лишь надежда на Бога и на молитву…
«Придя в храм, через некоторое время я поняла, что самое главное — это в нем остаться. Я стала просить: "Господи, всё, что угодно, но помоги мне не уйти от Тебя!.."»
Если Бог есть Любовь, то Он здесь присутствует. Человек, который два года проскитался, жил в подвалах, неделю назад исповедовался, причастился. Какие еще чудеса нужны? Какие доказательства?..
Однажды к старцу Паисию из Америки приехал паломник, грек по происхождению, и рассказал о себе следующее. Находясь в великой скорби, он в молитве обратился к Богу…
Одна девочка из интерната любит рисовать ангелов. Они у нее такие красивые, в необычных одеждах. И вдруг она рисует какого-то совсем необыкновенного и говорит: «Это тот Ангел, которого я видела»…
«Когда я поверил в Божество Христа до полной несомненности, тогда меня осиял Свет не от мира сего... Сначала я поверил живою верою, затем мне явился Свет…»
«Лежишь в темноте, силясь уснуть... И вдруг охватывает чувство присутствия в комнате Кого-то, для сознания непостижимого, но пронизывающего, обнимающего тишиною всё вокруг…»
«Мир Христов есть не что иное, как исцеляющее действие Божие. Он приходит в душу, когда ее касается Бог. Но чтобы обрести этот мир, надо объявить войну греху. И Бог учит, как избавиться от греха…»
«Услышав, как сестры часто повторяют "слава Богу за всё", батюшка однажды пошутил, что эти слова могут служить паролем для входа в монастырь…»
«Воскресный день. Вильнюс. Монастырь. Люди идут со службы. Я стою на послушании, сил нет, жарко. Подходит старушка, сухенькая: "А знаете, я очень люблю преподобномученицу Елисавету…"»
«Благое дело — послушание, проходимое ради Бога! Наследуйте, хотя отчасти, о чада, эту добродетель. Послушание — родительница всех добродетелей. Послушание — дверь в Царство Небесное».
«Подходишь к отделению — ничего не знаешь. "Господи, действуй Ты!" Идешь по палатам, даешь святую воду, помазываешь маслицем. Движение к человеку не оставляет его покинутым, ненужным…»
«Очень важно увидеть чистого сердцем человека. Первая такая встреча может быть мимолетной, а запоминается навсегда. Душа впервые видит Свет, человеку открывается в ближнем образ Божий…»
«Покаяние, молитва, пост, исповедование — всё идет спонтанно. Надо так расположить себя, чтобы иметь эту свежесть христианской жизни и стремиться к ней…»
«Однажды я простудилась... Тогда вся семья как раз оказалась дома. Казалось бы, родные люди вместе — радуйся! Но дьявол не дремлет и находит повод всех перессорить. А повод порой ничтожный, пустяк…»
«Однажды Господь сподобил меня постоять со скарбонкой. Подошел человек без определенного места жительства, сел рядом. Я с трудом переносила неприятный запах. И вот сменяет меня сестра…»
«В своем отделении я встретила больного отрока (уже не помню, как его зовут). Он был невысокого роста и весь какой-то светлый. Не знаю почему, я задала ему вопрос: за что он благодарен Богу?..»
«На душе было серо и холодно, поэтому я обрадовалась, когда меня догнала сестра. Вместе пришли на остановку. И тут Аннушка протянула руку с семечками, и синичка смело спорхнула с ветки на ее ладонь…»
«Непадавший всегда юн. Здесь первое чувство невинности — детство во Христе, как бы неведение зла. Сколько оно отсекает у него помыслов и томительных волнений сердца!..»
Росла когда-то в лесу березка, была очень юной, полной жизни и сил. В мае она покрылась чудесной свежей листвой, которая украсила бы даже самую красивую гирлянду…
Бабушка не учила меня молиться, она молилась сама. Происходило это так просто и правдиво, что ни разу ни у кого не появилось желания пропагандировать ей атеизм…
Оглядываюсь — прожит день. Монастырь, лица, движения, слова складываются в чудную музыку, питающую душу… Навстречу идет сестра с живой улыбкой и что-то говорит…
Ждешь новой встречи, ищешь. Всё потому, что первая встреча состоялась. И теперь душа твоя под самой высшей, наверное, во вселенной властью — властью любви.
Сестра, которую я сменяла, меня хорошо поругала, но я не хотела никого слышать и видеть. Я чувствовала свой грех, и в этой греховной бездне родилась молитва…
Я всё раздумывала, имеет ли смысл причащать больных, которые ничего не понимают. Но вот пришлось причастить Витю. Он весь скрюченный, на лице блуждает безумная улыбка…
И вот я вновь стою у обрыва — перед всеми и за всех виноват своим падением — и счастлив: «Бог любит меня...» И верю, что «солнце взойдет». Еще поживем!
Из всей палаты исповедовался и причастился один Андрей. На следующей неделе открываю палату, все скучные сидят, а Андрей — сияет. Я тогда в его лице увидел свет Божий…
Ничего в жизни случайно не происходит. Во всем Промысл Божий. Мне попало в руки Евангелие. И я стал его читать. Причем я не был крещен и о Боге вообще ничего не знал.
За решеткой второй двери стоял человек в черном. На груди у него был крест. И что меня поразило — он был бос. В тех условиях это выглядело нереально, не по-земному…
Слово Божие питает душу. «Пища небесная» предлагается в дар каждый день. Происходит личная встреча с Богом, и ощутимо знаешь, Кто к тебе приходил, Какой Гость.
Я около десяти лет кололся, прежде чем первый раз в голове мелькнуло: «Зачем?» Это и стало точкой осмысления себя не как физического тела, а того, чем это тело наполнено…
С появлением третьего ребенка наши дела пошли на поправку, стало легче материально. Но самое главное, в жизни появилась незыблемая опора — это Бог, вера, Церковь!
