«На каждом шагу Господь являл мне Свою заботу»

Иерей Николай Гриб — клирик минского храма великомученицы Анастасии Узорешительницы. Отец Николай приветлив, в нем чувствуется трепетное отношение к человеческой душе, глубокая вера и стремление помогать людям. Батюшка благодарен духовным наставникам и особенно своим родителям — протоиерею Димитрию и матушке Ирине.

— Отец Николай, Вы росли в семье священника. Каким запомнили свое детство?

— Детство — один из самых прекрасных периодов в жизни. Думаю, каждый человек с особым трепетом относится ко времени, проведенном в родительском доме, когда мы окружены постоянным вниманием и заботой. Мысленно возвращаясь туда, понимаю, что именно тогда был заложен личностный фундамент, на котором теперь выстраиваю свою жизнь.

Родители приобщали меня к православной вере и жизни Церкви с самого раннего возраста. При выборе имени они также опирались на церковную традицию: так как я родился 15 декабря, накануне дня памяти святителя Николая Чудотворца, то и назвали меня в честь этого великого угодника Божиего. Свои первые шаги я делал в Никольском храме деревни Кожан-Городок, где на протяжении уже 30 лет служит священником мой отец. Там же я начинал нести церковное послушание. Как напоминание об этом в семейном альбоме сохранилось несколько фотографий.

С тех первых шагов и появилась у меня любовь к храму и православному богослужению. Еще совсем ребенком я просил отца, чтобы он обязательно разбудил меня утром и взял в храм. Чаще всего мы шли пешком и о чем-то разговаривали. На всю жизнь запомнился один наш такой разговор, это было ранним утром в Великую субботу Страстной седмицы. Мы говорили о предстоящем богослужении и радостном празднике Пасхи Господней. В какой-то момент, держа меня за руку, отец сказал: «Представь, спустя годы ты так же будешь идти со своим сыном в храм». Когда вспоминаю эти слова, становится тепло на сердце от понимания, что родительские труды, их личный пример христианской жизни, внимательное отношение и забота дали свои плоды.

— В какой-то период развития отрок сам должен встретить Бога. Как у Вас это произошло?

— В подростковом возрасте у меня не было отторжения по отношению к Церкви. Наоборот, это время стало углублением моей личной веры.

Первоначально мне, как и каждому ребенку, который воспитывается в христианской среде, была передана вера моих родителей, но впоследствии необходимо было вырасти духовно и прийти к своему личному опыту веры. Поэтому в подростковый период я задавал себе много вопросов о христианском вероучении, церковном укладе и духовной жизни и искал на них ответы. Стал больше читать церковных книг и беседовать на тему веры со своими родными. Не буду скрывать, что мысль пойти по стопам отца всегда присутствовала в моей жизни, потому что мне всё это было дорого и близко.

Тем не менее подростковый возраст стал в определенном смысле испытанием веры. Находясь в церковной среде, я знал порой больше других о негативных моментах в жизни Церкви. Из-за этого начался внутренний протест: «Как такое может быть? Это же люди Церкви. Как они так могут поступать?!» Было какое-то несоответствие в том, что говорит Церковь и как церковные люди живут. Однако постепенно эти переживания ушли на другой план, так как перед глазами был добрый пример христианской жизни родителей. И мое решение стать священнослужителем во многом было определено примером пастырского служения моего отца. Я видел его искреннее отношение к людям, как он проживает вместе с ними не только радостные моменты, когда кого-то крестит или венчает, но и скорбные. И разделял он эту скорбь всегда по-настоящему, не формально. Всему этому я был свидетелем. Поэтому еще в школе определился с выбором — хочу получить духовное образование.

— Как к Вам относились одноклассники?

— Брестская область, в которой я родился и вырос, выделяется высокой религиозностью населения. Здесь люди чаще посещают храмы и соблюдают церковные традиции.

Несмотря на то, что мои сверстники в большинстве своем не ходили в церковь, относились они ко мне так же,как и к остальным одноклассникам. Не было каких-то издевок или подшучиваний. Иногда мне удавалось даже в некотором смысле проповедовать, рассказывая о Боге и Церкви. В чем-то сверстники не соглашались со мной, но буллинга однозначно не было. А где-то даже и хвалили: «Мы ехали вечером на футбол и слышали, как ты звонил на колокольне». Мои друзья не стеснялись задавать вопросы о вере, а мне было отрадно, что могу им что-то об этом рассказать.

— Ваш отец обрадовался, что Вы решили пойти по его стопам?

— Когда я сообщил, что хочу поступать в семинарию, папа сказал: «Я тебя не подталкивал, но рад, что ты принял такое решение». Думается, что это самый правильный пример поведения для родителя — не навязывать свое мнение и не принуждать к чему-то, но именно своей жизнью показывать правильный путь: от чего следует воздержаться, а где лучше преуспеть. Я рад, что родители дали мне как прочное основание в жизни, так и возможность самостоятельного выбора. Они всегда мне доверяли и уважали мой выбор. Например, обычно в священнических семьях детей учат читать на церковнославянском языке с раннего возраста, чтобы они могли помогать за богослужением. У нас же в семье было по-другому. Когда мне стало интересно, я пришел и попросил: «Папа, научи меня читать на церковнославянском языке». И с того дня мы брали с отцом Псалтирь, я читал, а он меня поправлял, объяснял и помогал разобраться.

Порой в семьях в вопросах веры родители начинают проявлять давление на детей, заставляют что-то делать, зачастую ничего не объясняя, и в итоге у ребенка начинается отторжение ко всему церковному. Мне кажется, лучшей помощью для детей на пути их воцерковления будут доверительные отношения с родителями и их личный пример христианской жизни.

— Почему Вы захотели получить духовное образование именно в семинарии? И с чем было связано изменение принятого решения?

— В свое время мой отец окончил Минскую духовную семинарию и часто рассказывал интересные истории о годах обучения и о том удивительном периоде возрождения духовного образования в Беларуси.

Меня всегда это впечатляло: как здорово учиться в семинарии! Даже атмосфера Жировичского монастыря уже особенна сама по себе. Посещая монастырь, я жил надеждой, что буду там учиться. Однако потом узнал об Институте теологии БГУ, удивительном богословском факультете в светском вузе, который возник по благословению митрополита Филарета (Вахромеева). Родители предложили мне подумать о поступлении именно туда. Сначала я воспринял их предложение категорично: зачем мне этот светский вуз? Но затем на семейном совете, взвесив все «за» и «против», приняли решение, что буду пробовать поступить в Институт теологии. В итоге я хорошо сдал централизованное тестирование и поступил. Но желание учиться в церковном учебном заведении меня не оставляло, поэтому по окончании Института теологии я еще отучился в магистратуре Минской духовной академии.

— Кого Вы считаете своими духовными учителями?

— В моей жизни было много наставников, которые повлияли на мое духовное становление. Первый из них, конечно же, мой отец — протоиерей Димитрий. Также хочется сказать об архиерее, при котором я духовно рос и принял решение стать священнослужителем — это покойный архиепископ Пинский и Лунинецкий Стефан (Корзун). Удивительный человек, искренний, открытый, простой в общении. Каждая встреча с приснопоминаемым владыкой была особенной для меня. Радостные минуты общения остались в памяти на всю жизнь, но не менее важна была и возможность хотя бы просто побыть с ним рядом или взять благословение. Посещая Пинск, мы всегда старались заехать к владыке Стефану, чтобы просто увидеть своего архипастыря и взять благословение.

Когда владыка Стефан почил, для меня это стало личной потерей, потому что он был для меня не только духовным наставником, но и близким человеком. Во время его отпевания мы шли вокруг храма с гробом, и я поймал себя на мысли: «Когда-то вместе с владыкой мы шли крестным ходом во время богослужения, а теперь идем с ним уже в последний раз…» Верю, что дорогой моему сердцу архипастырь пребывает с Богом и ходатайствует о каждом человеке, кто встречался на его пути.

Значимую роль в моем духовном становлении сыграл митрополит Вениамин (Тупеко), у которого я сподобился нести послушание иподиакона. Это человек особой внутренней благодатной силы и молитвы. Его архипастырское окормление очень помогло мне в важные моменты жизни, когда я учился, создавал семью, принимал решение о священнослужении. Сейчас, сталкиваясь с различными ситуациями в жизни и служении, зачастую рассуждаю так: «А как бы поступил владыка?» Такой подход помогает мне избежать многих ошибок и поступать правильно.

— Отец Николай, Вы мечтали служить в столичном приходе?

— Выбор места служения не определяется личным желанием рукоположенного священника. Он призван предать себя в руки Божии. Верю, что так через правящего архиерея действует Сам Господь.

Конечно же, по-человечески я переживал: куда направят, что будет дальше? Ведь на тот момент в моей семье уже был маленький ребенок. Пытался бороться со своими мыслями, отбросить их и довериться Богу. Размышляя о рукоположении в священный сан, я хотел служить в приходе, где есть полноценная христианская община, где люди друг друга знают, где священник может обратиться к каждому по имени, а прихожане считают себя настоящей семьей. Обычно такие приходы чаще встречаются в сельской местности. А Господь сподобил, чтобы моя мечта осуществилась в городе.

Наш приход великомученицы Анастасии Узорешительницы очень дружный. Он не ограничивается только богослужебной деятельностью. У нас проходят различные мероприятия, встречи, мы поздравляем друг друга с днем рождения и разными личными праздниками, всегда вместе разделяем как радостные, так и скорбные моменты жизни. Недавно у нас прошел концерт, посвященный Неделе родительской любви. Наши прихожане — и взрослые, и дети — показали, насколько они талантливы: пели, читали стихи, показывали сценки. Я благодарен за то, что Господь сподобил меня именно этим людям нести Слово Божие и трудиться в таком приходе.

Стоит отметить, что я в храме — второй священник и назначен в помощь настоятелю отцу Виталию, у которого тоже многому можно научиться. То, что уже создано на приходе, — заслуга в первую очередь отца Виталия, который смог людей собрать, объединить и создать такую общину. Я же, в свою очередь, буду стараться быть ему помощником, чтобы приход и дальше развивался и рос.

Сейчас мы начинаем строительство храмового комплекса, а пока ютимся во временном помещении.

— В Вашей жизни были события, которые Вы воспринимали как явный Промысл Божий?

— Жизнь верующего человека наполнена действием Промысла Божия. Но не всегда то, что мы совершаем по своей человеческой воле, угодно Богу. Поэтому, молясь о чем-то своем, сокровенном, всегда просишь, чтобы Господь прежде всего открыл Свою волю, благую и совершенную, и даровал именно то, что необходимо для спасения.

В своем пути пытаюсь доверять Господу и понимаю, что вся наша жизнь — научение этому доверию. Господь ведет нас особым образом, и, что бы ни случалось, надо видеть в этом руку Божию. Ведь вера включает не только признание бытия Божия, но и того, что Господь действует и ведет нас по жизни. Мне кажется, что на каждом моем шагу Господь являл Свою заботу.

— Вы хотели бы, чтобы Ваш сын стал священником?

— Отвечу, как когда-то мой отец: если у него появится такое желание, то я буду очень рад.

Беседовала Елена Романенкова

Фотографии из личного архива иерея Николая Гриба

15.10.2026