Почему девушки уходят в монастырь?

Как человек принимает решение оставить мирскую жизнь и прийти в монастырь? Кто-то мечтает об этом с детства, а кого-то Бог ведет к такому решению долгим и только одному Ему известным путем. Духовник нашего монастыря протоиерей Андрей Лемешонок поговорил об этом с молодыми монахинями.

Отец Андрей Лемешонок:

— В этом мире сложилось и поддерживается мнение, что в монастыре собираются неудачницы, у которых что-то не получилось в жизни, произошла какая-то травма: не вышли замуж, несчастная любовь… В общем, монахини — это не совсем пригодные для жизни люди, и поэтому они идут в монастырь.

Я помню одну девушку, которая с красным дипломом заканчивала консерваторию, у нее были прекрасные перспективы, жених. Но она хотела в монастырь. Священники храма, где она регентовала, отговаривали ее всеми силами, чтобы не делала глупостей. Поддерживал ее в этом решении только я один. И несмотря на все привилегии этого мира, она все-таки стала монахиней.

Я думаю, что, если есть сомнения — идти замуж или в монастырь, значит, пока в монастырь не надо. Мне кажется, в монастырь надо идти только тогда, когда нет никаких сомнений.

Очень важно открыть для себя самого себя. Одна из проблем современного мира в том, что у человека нет времени заглянуть внутрь себя, он спешит, торопится, у него много дел. А люди духовные говорят: «Знай себя — и с тебя довольно». А себя я не знаю, но зато знаю других и всем даю оценки и «нужные» советы. Давайте попробуем заглянуть в себя.

Мы побеседуем с нашими монахинями и инокиней о том, почему они пришли в монастырь.

Монахиня Арсения (Козлова):

— Не могу сказать точно, сколько мне было лет, но как только в детстве я узнала, что есть монастыри и монастырская жизнь, меня это привлекло. И всю жизнь я только об этом мечтала — когда я наконец уйду в монастырь.

Я окончила Белорусский государственный экономический университет и в 21 год пришла в монастырь. Здесь я уже 14 лет. И за это время у меня не было сомнений в выбранном пути.

Конечно, реальная жизнь в монастыре отличается от той, что представляется человеку в миру. Я не могла точно знать, как это будет. Чтобы знать, надо быть. Читала жития святых, патерики, книги про старцев, послушников. Думала, что именно так и будет в монастыре и мне надо запомнить, как поступать в определенных ситуациях. Но чтобы какую-то ситуацию прожить, в нее надо попасть, а не прочитать об этом в книге.

Разочарования у меня были не в выбранном пути, а в себе. Не было такого, чтобы я увидела в монастыре то, что омрачило мое представление о монашестве. Да, здесь ты видишь живых людей с их немощами. Но нет такого, чтобы это перекрыло мое желание быть монахиней.

Тем, кто сомневается, идти ли в монастырь, я посоветовала бы молиться, чтобы Бог указал путь. Потому что важно попасть на свое место. Если твой путь — монастырь, то пусть ты окажешься в обители. А если нет, то и не надо. У Бога о каждом — Свой Промысл. Кому-то одно полезно, кому-то — другое.

На сегодня у меня желание — обрести живую связь с Богом. Я всё время была в храме, душа тянулась к хорошему, но хочется, чтобы за этим стоял Живой Бог. Хочется знать и понимать, что Он — твой и Он — Живой, и ты можешь обратиться к Нему как к самому близкому, Кто тебя любит. Чтобы Бог не был абстрактным, не где-то там, а рядом.

Инокиня Анастасия (Тарасевич):

— Я никогда не думала о монастыре, а думала о карьере. Училась на фармацевта, работала в аптеке. Мне эта сфера нравилась, хотелось развития в ней. Я даже хотела уехать учиться за границу. Монастыря в моих планах никогда не было. О семье тоже не мечтала. Хотела учиться и чего-то достичь в этом мире.

Как-то слушала проповедь протоиерея Андрея Ткачева. И в ней он говорил, что раньше бывало так, что родители кого-то из детей посвящали Богу: кто-то из них становился священником или монахом, чтобы вымаливать род. Когда услышала этот момент проповеди, вспомнила рассказ моей мамы, о котором не вспоминала до 20 лет.

После родов врачи сказали маме, что я умру. У меня была серьезная проблема со здоровьем. Мама в тот момент пришла к вере, и она меня вымолила. И тогда пообещала Богу, что если я выживу, то буду Божия. И она никогда не будет вмешиваться в планы Господа обо мне и на меня претендовать. Когда я это осознала, ужаснулась и позвонила маме со словами: «Что же ты наделала?» Внутренне почувствовала, что должна выполнить это обещание и что у меня нет выбора. А ведь у меня уже были планы на свою жизнь…

Но мама тогда поступила мудро. Она сказала: «Это же я обещала, и я буду отвечать перед Богом». Но меня это не успокоило. Мысль, что надо отдать свою жизнь Богу, меня не оставляла, хоть я этого и не хотела. Был период борьбы с Богом. А потом я нашла книгу «Старец Силуан» архимандрита Софрония (Сахарова). И когда ее прочла, произошел переворот в понимании мира, Бога. Через старца Силуана я открыла для себя и Живого Бога, и пример настоящего монаха. Этот пример меня вдохновил. Я увидела такую красоту в монашестве, которую мне очень сложно как-то описать словами.

Во время отпуска решила поехать в монастырь на неделю потрудиться. Где-то в подсознании скептически к этому относилась, знала, что за неделю ничего не пойму про жизнь в монастыре и, наверное, это на меня особо не повлияет. А книга «Старец Силуан» — это просто впечатление и больше ничего.

Так я в первый раз попала в монастырь, прожила неделю, была на послушании, на богослужениях. А когда пришло время уезжать, вдруг поняла, что мне хочется остаться. Тем не менее я вернулась к работе, к общению с друзьями, к путешествиям… Но всё это стало для меня как будто черно-белым. Я не понимала, в чем смысл такой жизни и не видела смысла в том, чем я раньше жила. Всё стало неинтересно в миру.

Потом я познакомилась с матушкой Анфисой (Остапчук), стала ходить в отделение РНПЦ психического здоровья. И это меня еще больше приблизило к Богу. Я увидела, как Он действует, открыла для себя Живого Бога. С подросткового возраста я не ходила в храм одиннадцать лет. И не понимала, зачем люди ходят в храм, кто такой Бог, есть Он или нет, как Его можно почувствовать. А в отделении я Его почувствовала.

Да, не всё просто в монастыре. Были моменты, когда хотелось уйти. Но Бог меня удержал.

Сейчас у меня сложный период. Но несмотря на то, что я проживаю и что происходит в моей жизни, монастырь — это лучшее место на земле, и надо благодарить Бога за то, что я здесь, за то, что Он привел меня сюда и здесь держит.

Теперь я очень благодарна маме, потому что точно знаю, что нахожусь здесь по ее молитвам. И это тоже меня здесь держит — ее молитва, ее любовь.

Монахиня Василисса (Старенькая):

— Наш монастырь я знаю с детства. Видела всю эту жизнь — сестер, монашествующих, батюшку, — и она меня привлекала, но о монашестве не мечтала.

Долгое время мечтала о семье, чистой и светлой любви на всю жизнь. Молилась об этом, просила у Бога встречи, верила в настоящую любовь. Но Бог по молитвам действовал так, что мои романтические желания потихонечку уходили, а сердце поворачивалось в сторону монастыря.

Я трудилась здесь, была сестрой милосердия. Моя мама трудится в монастыре — она сестра милосердия, также здесь работает моя тетя. Окружение мне помогало. То, что во мне есть хорошее — это огромная мамина заслуга. Она посвятила всю себя мне. Может, благодаря этому я и в монастыре — уже 12 лет. В монашестве — три года.

И всё у меня замечательно, только иногда сама порчу себе жизнь своими грехами и страстями. Но даже когда ты упал, сделал что-то нехорошее, чувствуешь, что Бог рядом и Он тебя любит.

Божия любовь — это очень сильно, и это держит. Но одновременно и страшно. Ведь, как говорил архимандрит Иоанн (Крестьянкин), «не все в миру погибнут, не все в монастыре спасутся».

Думаю, если кто-то пришел в монастырь по причине несчастной любви, то и дня здесь не пробудет. Когда люди спрашивают, почему я ушла в монастырь, отвечаю, что меня привлекла любовь сестер между собой и Божия любовь.

Хотелось бы остаться верной Богу до конца. Со всей нашей большой монастырской семьей.

Материал подготовлен редакцией сайта obitel-minsk.ru

22.10.2026