«Я тоже хочу». Кино о поиске счастья

На показы фильмов в рамках киноклуба нашего монастыря я попадаю, к сожалению, редко — живу не в Минске. Но если оказываюсь в пятницу в монастыре, делаю всё, чтобы прийти. Доверяю вкусу ведущих — отца Сергия Нежборта и Сергия Шабуневича. Это всегда умное, тонкое, глубокое кино, на которое дома очень сложно выделить вечер. Да и самое главное в киноклубе — обсуждение. Фильм — это повод поговорить на важные темы, о которых вот так просто не начнешь говорить даже с близкими людьми: поиск счастья, покаяние, вера, жизнь и смерть, рай и ад. А еще это возможность научиться слышать друг друга, даже если с мнением другого человека ты не согласен. Очень точно это подчеркивает название киноклуба с Сергием Шабуневичем — «Я иду к Тебе». Для меня это значит — путь к другому, к его душе и сердцу. Эти дорожки пронизывают видеозал — от меня к режиссеру, к другим зрителям, к ведущему киноклуба.

Итак, пятница. Видеозал духовно-просветительского центра «Ковчег». В зале нас всего пятеро. Но ведущего, Сергия, это не смущает. Он уверен, что на просмотр фильма приходят именно те, кто должны. Сергий представляет фильм и отмечает, что к просмотру его рекомендовал духовник нашего монастыря отец Андрей Лемешонок.

В монастырском киноклубе есть особенность: ни иерей Сергий Нежборт, ни Сергий Шабуневич не говорят заранее, какой фильм будут показывать. Ты видишь название только в начальных титрах. Для меня это момент доверия: я доверяю ведущему как проводнику кинокартины к моему сердцу, что он не покажет пустой и проходной фильм.

Но в этот раз, мне кажется, я ошиблась. Начинается фильм «Я тоже хочу» режиссера Алексея Балабанова… Мрачный холодный Санкт-Петербург. Не очень приятные люди — бандит, алкоголик, музыкант, проститутка — куда-то едут, ведут странные разговоры и безостановочно пьют водку. «Типичная балабановщина, — думаю я. — Хтонь, мрачняк, безнадежье». Почему я должна это смотреть? Будь я дома, выключила бы минут через десять.

Думаю: «Ну не может же быть всё так однозначно. И отец Андрей рекомендовал…» Блаженны не знающие заранее название фильма, ибо они досидят до конца. И досидела, и не пожалела, и впечатлилась. Для меня фильм оказался самым глубоким фильмом Балабанова. И на удивление светлым.

Во второй половине картина из бытовой истории преобразилась в притчу с аллюзией на библейские сюжеты. И герои вдруг из горизонтальной плоскости переместились в вертикальную.

Сюжет такой. Бандит, мрачный музыкант, проститутка и алкоголик куда-то едут, «чтобы получить счастье». Впрочем, это же почти библейская компания — мытарь, блудница, разбойник… И ведь именно среди таких людей ходил, ел, проповедовал Христос. А мне хочется отвернуться и уйти.

Так вот, бандит рассказывает музыканту Гаркуше из группы «АукцЫон» легенду, которую ему поведал священник: в аномальной зоне, которая находится где-то между Питером и Угличем, рядом с давно неработающей атомной станцией, есть недействующая колокольня, где можно обрести счастье. Колокольня забирает людей. Но не всех.

Каждый из героев верит, что выберут его.

И основной вопрос нашего обсуждения был в этом: почему одних людей на колокольне берут, а других — нет.

В этом достаточно приземленном сюжете я вижу аллюзию на Страшный Суд и распределение душ людей после него. Аномальная зона, в которую ты первую половину фильма не очень-то веришь, начинается с КПП. Охранники предупреждают, что отсюда еще никто не возвращался, человека либо забирают на колокольне, либо нет, и тогда он умирает от обморожения. Да, аномальность тут проявляется в том, что после КПП резко начинается суровая зима. И когда герои въезжают в зону, видят множество лежащих в снегу мертвых тел.

Для меня этот холод — свойство ада. Если рай — это близость Бога, а значит, теплота любви, то отдаленность от Него и одиночество ощущается как ледяной пронизывающий холод.

При въезде на КПП бандит решает пошутить: он высаживает девушку со словами, что женщинам сюда нельзя, разве что голым. Машина уезжает. А девушка, не задумываясь ни на секунду, снимает с себя всю одежду и нагишом бежит к колокольне. Ее, конечно, возьмут первой. Думаю, потому что она ни на секунду не сомневалась и в буквальном смысле «оставила всё» — в том числе одежду, как символ прошлой, греховной жизни. И потому что страдала от своего образа жизни, и потому что кроме этой нечаянно обретенной надежды на счастье у нее больше ничего не было. Это горение души, кажется, и смогло ее согреть, уберечь от обморожения и привести к колокольне. Отвергнись себя и следуй за Мною (ср.: Мф. 16: 24). Когда она вбегает в колокольню, над разрушенной крышей в небо поднимается столп света.

Остальные герои едут дальше. Они подбирают мальчика, который, сев в машину, пророчествует. «Тебя возьмут», — говорит он музыканту. «А тебя нет», — бандиту. «Тебя бы взяли, но ты сам не пойдешь», — алкоголику, который везет на колокольню и своего старого больного отца.

В итоге всё получается так, как он сказал. Когда после ночного отдыха у костра приходит время идти, умирает отец алкоголика. И сын решает остаться, чтобы его похоронить. Копает землю лопатой. Ставит крест. А затем ложится рядом с могилой и замерзает.

И я вспоминаю слова из очень трудного для меня эпизода Евангелия, когда ученику, который хочет следовать за Христом, но сначала вернуться, чтобы похоронить отца, Он говорит: Предоставь мертвым погребать своих мертвецов (Мф. 8: 22). В моей логике похоронить отца — это очень человечное и благородное желание. И незаслуженно осуждаемое. Но можно ли держаться за прошлое — и идти в Царствие Небесное? К кому ты привязан больше — к отцу земному или Отцу Небесному?

Музыканта действительно берут. В начале фильма мы видим, как он заходит в храм и молится вслух перед иконой. Взяли его за хорошие песни или веру — можно только рассуждать.

Бандита не берут. Он недоуменно входит в колокольню несколько раз. Садится около нее рядом с кинорежиссером, которого сыграл Балабанов, то есть сам себя.

— Че-то я не понял, — говорит он.

— Че, не взяли? — спрашивает кинорежиссер бандита. — Вон тот лежит, бегал, кричал: «Я счастья хочу». Его друга взяли, а этого нет. Теперь вон, лежит.

— Я счастья хочу.

— Да я тоже хочу.

— А ты кто?

— Я кинорежиссер. Член европейской киноакадемии. А ты?

— А я… А я просто бандит.

— Что-то плохое сделал?

— И не одно.

— А я не знаю, что. Но я счастья хочу.

— Я тоже хочу.

Перед поездкой бандит в бане непринужденно, между очередной пивной кружкой с сушеной воблой, рассказывает музыканту, как убил четверых людей. Потом исповедовался, причастился, в баню вот сходил. Он говорит музыканту: «У меня вобла хорошая есть. Может, возьмут?» Он вспоминает, как вышел как-то из бани, попросил в ларьке пиво, продавец ему ответил: «Закрыто». Тогда он ночью поднял ларек краном, взял пиво, поставил ларек обратно… Не думаю, что он понимает, зачем идет, вряд ли хочет искупить грехи и даже осознает их. Он выбить благодать из Бога или силой, как привык, или подкупом — хорошей воблой. В конце концов бандит умирает.

Сам Балабанов в одном интервью пояснял так: «Те, кого взяли, очень много страдали. Тот, кто убивал людей, или тот, кто снимал плохие фильмы, — им нет пути к счастью».

Но всё это можно обсуждать, искать ответы, замечать детали, пересматривать, перематывать — и всё равно остаться с ощущением тайны. Мы не можем предугадать Божией воли. Добродетель не гарантирует ничего. И самые никчемные, мерзкие поступки становятся вдруг ничем перед океаном Божией милости и любви. И оттого, что нет гарантий, так страшно и трепетно заходить в колокольню.

В финальных титрах фильма — благодарность отцу Рафаилу. Я нахожу документальный фильм «Отец Рафаил и его друг Балабанов». В нем батюшка рассказывает, что у Алексея была верующая жена, она и направила его как-то на исповедь, но священник выгнал. После этого Алексей в храм не ходил.

Отец Рафаил, художник из Москвы, который переехал в Углич и стал священником, случайно на видеокассете посмотрел фильм «Брат 2». После этого он не пропускал ни одного фильма режиссера и считал его картины настоящим кино. А однажды нашел номер телефона Алексея и позвонил. Проговорили час. Алексей вдруг стал делиться с ним самым сокровенным. Так началась их дружба. Балабанов даже снимал фильм в Угличе, обсуждал сценарий с отцом Рафаилом. И исповедовался только ему.

«В нем присутствовала боль», — говорит отец Рафаил про Балабанова. Кажется, всю жизнь он искал, как эту боль утолить. И только к концу своей жизни подобрался к ответу, подошел к той самой колокольне.

— Бог в людях или в церкви? — спрашивает в документальном фильме ведущий отца Рафаила.

— Везде.

— А можно верить в Бога и не ходить в церковь?

— Можно и не верить. Но это ничего не меняет. Мы отравлены Богом навсегда. Человечество, начиная с Адама и Евы, отравлено Богом. Такой отравой, которую вытравить ничем невозможно.

Поэтому надо всё время обращаться к Богу и советоваться с Ним. Это называется молитвой. Это наш разговор с Ним, который должен присутствовать. Потому что каждое мгновение нашей жизни может стать последним.

В фильме «Я тоже хочу» кинорежиссер падает на бок и умирает. Фильм оказался пророческим и последним для Балабанова. Снял он его в 2012 году. А 18 мая 2013 года умер от остановки сердца. Я залезаю в «гугл» и узнаю, что Пасха в том году была 5 мая.

— Пасха была, — рассказывает о похоронах отец Рафаил. — Часа полтора пели «Христос воскресе из мертвых». Толпы людей и в храме, и на улице. А потом мы служили панихиду.

А «Колокольня Счастья» из фильма — реальная колокольня в Бежецком районе Тверской области, — обрушилась на 40-й день после смерти Балабанова.

Просмотр и обсуждение закончились, а я уже который день думаю про этот фильм. Спасибо киноклубу и Сергию за выбор. Для меня картина созвучна названию киноклуба «Я иду к Тебе». Все герои шли к Богу, Которым «отравлены навсегда». Кто-то услышал Его зов и пошел, даже побежал. А кто-то был уже совсем рядом, но в последний момент услышал: Я никогда не знал вас; отойдите от Меня (Мф. 7: 23).

Должен ли фильм быть комфортным, закругленным к приятному «у всех всё хорошо»? Чтобы мы вышли из кинозала и выдохнули? Я не знаю. Но про себя поняла, что иногда именно некомфортное кино заставляет расти. Встретиться с собой и реальностью. Задать себе вопросы: а чего хочу я? А куда иду? И, возможно, всё же успеть сменить маршрут.

Фотографии из интернета

16.10.2026