«Никогда не отходите от Бога!»

«Никогда не отходите от Бога и имейте волю прийти в храм, какие бы грехи ни совершили», — такое напутствие дает молодым людям руководитель группы Молодежного просветительского центра имени преподобного Варсонофия Оптинского при Введенском ставропигиальном мужском монастыре Оптина пустынь иеромонах Донат (Максимов). Недавно отец Донат приезжал в наш монастырь, чтобы позаниматься с детьми из Козельска, Санкт-Петербурга, Минска в международном лагере, организованном на мужском подворье монастыря в деревне Лысая гора.

В интервью корреспонденту нашего сайта батюшка рассказал, как выжил в автомобильной аварии, когда по всем законам физики выжить было невозможно, и почему, будучи известным музыкантом, оставил любимое дело и ушел в монастырь. Он также поделился воспоминаниями о старце Илии (Ноздрине) и рассказал, как монастырь, прославившийся на весь мир духовными старцами, стал местом встречи подростков и молодежи.

— Отец Донат, Оптина пустынь считается местом с очень строгим внутренним укладом, и зарождение в обители Молодежного просветительского центра может показаться необычным. Чем было вызвано его появление?

— У нас есть благословение Святейшего Патриарха Кирилла заниматься детьми. В 1990-е Церковь не слишком уделяла этому внимание. Были воскресные школы, воскресные богослужения, но такого, чтобы проводить время с молодежью в играх, мероприятиях, не было. А ведь так раскрывается душа человека. Дети узнают новое, получают знания о нашей вере. И самое главное — в центре всего должны быть Божественная литургия, Причастие, объяснение значения таинств.

Наш владыка Иосиф из Оптиной очень любит детей. Он и возглавил молодежное движение в честь преподобного Варсонофия Оптинского.

Этому объединению только год, но потихоньку развиваемся. Приехали в Беларусь познакомиться с молодежкой при Свято-Елисаветинском монастыре. Прекрасно, что она основана на клиросном пении. Для нас очень ценно, что мы можем перенять ваш опыт.

— Чем занимаются ваши подопечные?

— Пробуем всё. В основе — Божественная литургия. Патриотическое воспитание обязательно. Пишем письма на передовую, сети плетем.

Ребята участвуют в веревочном курсе. Это активный командный тренинг, на котором группа совместно проходит препятствия. Происходит сплочение коллектива. Всем важно быть в мире и единстве, чтобы не допустить ошибок и понимать, что в центре — Господь. Если мы с Богом, то всё преодолеем. Когда разбираем недочеты, для участников становится очевидным, как мы все зависим друг от друга.

Ездили на сплав. В поездке убирали разрушенный храм. Дети трудились. Потом мы собирались, обсуждали, как так случилось, что святыня оказалась поруганной. Совершили несколько служб. Это всё нас объединяет.

Еще одно важное направление наших встреч — историческое. Владыка Иосиф любит историю. Мы проводим форумы на эту тему для наших воспитанников. История — основа нашего народа. Если мы ее не знаем, то не сможем стать настоящими православными.

В прошлом году мы побывали в Санкт-Петербурге, в этом — приехали в Минск. В белорусской столице посетили музей Великой Отечественной войны. Важно держать в сердце эти воспоминания, чтобы такое больше не повторилось.

— В каком возрасте приходят в Молодежный просветительский центр?

— Мы всех принимаем. Есть даже малыши. Но, как правило, с 7-8 лет, когда дети начинают петь на богослужении и понимают Причастие. Костяк составляют юноши и девушки от 14 до 22 лет. Это ребята из верующих семей.

В Оптиной пустыни много духовников. И семьи переезжают жить в Козельск из разных городов — подальше от суеты, поближе к святыням. Разочаровались в жизни в мегаполисах и захотели уединиться, держаться своих семейных устоев. Дети там уже воцерковленные, чистые, без зависимости от интернета.

Мы, конечно, хотим расширять свое внимание и на тех, кто не пришел в храм. У нас готовится база: владыка Иосиф выделил землю в 2 гектара, потихоньку облагораживаем участок. Строим спортивные площадки, кострище сделали, теннисный стол поставили. Работаем сообща — так появляется любовь к общему делу.

Планируем построить здание, чтобы дети занимались столяркой, гончаркой. Творить руками очень интересно. Это может потом приносить авторам даже небольшую прибыль. Семьи в Козельске многодетные — по 7–8 детей, будет поддержка. Но главное — обучить ребят и привить любовь к делу.

— Сегодня наблюдается такая тенденция: дети, которых водили в храм с детства, в подростковом возрасте уходят из церкви. Как вы считаете, почему это происходит и что может изменить ситуацию?

— Основная проблема в том, что богослужение очень сложно для детей. В молодом возрасте принуждать к этому — всё равно что закладывать мину замедленного действия. Ошибка родителей, возможно, духовников, которые не говорят своим духовным чадам, что не нужно насилия духовного. Всему свое время. Ребенок хочет погулять. Слава Богу, если зайдет в церковь и перекрестится — это уже некая его молитва. Родители должны проявлять терпение и смотреть на себя в первую очередь. Самые большие учителя — молящиеся родители. Дети тогда живо это воспринимают и потом тоже начинают молиться.

Не обязательно загружать детей молитвенными правилами, которые они в большинстве случаев не понимают. Довольно короткого правила, но чтобы ребенок читал со вниманием. Мы объясняем детям, что самое главное — вера: зажечь лампадочку у иконочки, помолчать, погрузиться внутрь себя. Должно быть не просто правило, которое на языке, а сокровенные слова от сердца. Молодежь всё время в движении, и временное молчание, уединение, обращение к себе — это уже большое делание.

— Вы много времени проводите с детьми. Что их волнует?

— По богослужению появляются вопросы, по истории. Недавно возник спор, как часто надо причащаться. Одни считают, что правильно часто, некоторые — за Причастие раз в месяц, так как важно основательно подготовиться. Всё индивидуально.

Я совершаю для ребят Божественную литургию и поэтому в основном разъясняю простым языком евангельское чтение. Мы молимся вместе, читаем акафисты.

— Какие духовные угрозы для молодежи вы видите сегодня?

— Дети, которые постоянно в гаджетах, «сжирают» свое время: не играют, не читают книги, не развиваются. Мы просто теряем поколение.

К сожалению, есть интернетовская вседозволенность. Раньше дети ориентировались на родителей, школу. Сейчас уже на законодательном уровне поднимается вопрос авторитета учителя. Идет речь о том, что представителей этой профессии нужно поддерживать больше финансово и ограждать от нападений детей. Необходима четкая иерархия. Ребенок должен понимать, что перед ним учитель. Никаких вольностей нельзя допускать. А в наших реалиях ученик может всё что угодно сказать учителю. Это прививается с Запада.

— Насколько, по вашим наблюдениям, подвержены влиянию интернета дети из Козельска?

— Слава Богу, у нас ребята активно принимают участие в занятиях художественной школы, музыкальных мероприятиях, играх, исторических форумах. Я не сказал бы, что наши дети зависимы от интернета. Конечно, они используют его, чтобы что-то скачать, найти песни, но они там не сидят постоянно, не болеют играми. Поэтому надо расширяться и привлекать в центр неподготовленных ребят, чтобы они тоже находили радость в общении, богослужениях.

Previous Next

— По-вашему, достаточно только усилий Церкви, чтобы противостоять современному негативу?

— В Козельске есть частные школы. Родители привлекают детей к разным занятиям, и у них просто нет свободного времени. Важно, чтобы дети были задействованы в общественных, домашних делах. Они трудятся на огородах, помогают родителям. Мы стараемся окормлять одиноких пожилых людей, поддерживать их, помогать по хозяйству.

— Покровитель молодежного движения при Введенском монастыре — святой Варсонофий Оптинский. Вы ощущаете поддержку преподобного?

— Мачеха будущего святого заложила твердые православные устои в семье. Преподобный Варсонофий приехал в Оптину из Казани во взрослом возрасте. Будучи полковником, он собирал беспризорников, кормил их. Ему приносило радость объединять детей, помогать им, наставлять на духовный путь. В Оптиной сохранилась хибарка, где преподобный жил. Мы приходим туда, молимся, читаем ему акафист.

— Отец Донат, вы окончили консерваторию. Как считаете, музыка способна привести к Богу?

— Музыка обязательна для детей. Через нее молодой человек проживает душевные порывы. Если не прошел душевное, сложнее распознать духовное. Конечно, я имею в виду музыку классическую.

Музыка может усиливать текст, подчеркнуть моменты покаяния. Это сильное оружие для становления личности. Для детей песня с хорошим текстом — замена молитвы.

В вашем монастыре мы познакомились с замечательным коллективом. Регент матушка Мария Бахвалова подняла навыки и таланты детей на высокий уровень — они поют сложные произведения, Божественную литургию. Для нас большая радость слушать их, стремиться к этому.

— Какие отношения у вас были с Богом в том возрасте, в котором большинство детей приходит в молодежный центр?

— У меня очень яркие детские воспоминания. Бабушка привела меня впервые в храм, когда мне было 5 лет. Я проникся Господом, Которого повесили на древе. Это так вошло в мое сердце, что какое-то время я даже не спал, не мог поверить, что Богочеловека распяли за то, что Он дал жизнь. Бабушка мне объясняла.

Подростковый возраст пришелся на 1990-е годы. Страна рушилась. К Богу не обращался. Потом уже, в консерватории, когда появлялись сложности, не знал, как дальше, осознал, что мир не материальный, есть что-то потустороннее. Начали просыпаться детские чувства. Постепенно, через поиски, тернии я пришел к Богу.

— Когда созрело решение уйти в монастырь?

— У меня не было сразу твердого решения. Когда впервые увидел батюшку Илия, понял, что он занял значимое место в моей жизни. Я стал ездить к нему в Оптину. Когда стоял на распутье — что делать дальше, себе уже не принадлежал. Спросил у старца: «Как быть?» Он сказал: «Тебе надо в монастырь». Позже я понял: это мое призвание. Именно так и должно было быть. Я анализировал свои детские воспоминания — будто уже в малом возрасте предчувствовал, где мой путь. Случались ситуации, когда я терялся, пугался и, впадая в некую вечность, понимал, как произойдет дальше. Экстремальные ситуации показывают настоящий внутренний мир.

Однажды попал в аварию. У меня было лобовое столкновение. Я осознал, что смерть неизбежна: ехал со скоростью 120 километров в час, встречная машина — с такой же. Холодный пот, вся жизнь промелькнула… Поймал ощущение, что я пустой, внутри ничего, и воззвал: «Может, это еще не всё, Господи?!» Мы все выжили чудом. Это был знак для меня. Всё перевернулось.

Похожие события, когда четко понимал, что надо быть с Богом, происходили еще до и после. Без Него мы никто. И эта вера должна возрастать в нас. Мы должны выкрадывать себя из рук врага, из первородного греха. Тогда пересматривается опыт жизненный, отношение к людям.

Сказать «прости» обидчику трудно. Но постепенно мы успокаиваемся, понимаем, что человек, который так поступил, болен духовно, начинаем за него молиться. Так открываем евангельскую правду, евангельскую жизнь, потому что Сам Господь показал ее. Укрепляется вера в Бога. Задача всех людей на земле — укрепить веру. Не важно, кто чем занимается, во всех делах надо славить Бога.

После аварии, когда невидимое стало видимым, я понял, что другого пути, как с Богом, у меня нет. Я стал чувствовать во всем отклик Божественного присутствия.

Встреча с Господом обязательно должна произойти у каждого человека. Это начало нашей духовной жизни.

— Какую часть вашей жизни занимала музыка и насколько непросто вам было оставить любимое дело?

— Музыка занимала меня полностью. Я был солистом оркестра с регалиями, много выступал. Мы ездили даже в Канаду. Потом, после аварии, когда жизнь кардинально поменялась, Господь открывал, что мы, музыканты, ждем аплодисментов, отдачи, и мне стало это отвратительно, я увидел себя изнутри. Пришлось много лет по крупицам выкорчевывать в себе тщеславие, любование сценой. Поэтому детей нужно воспитывать так, чтобы за любой талант они благодарили Бога и понимали, что это от Него.

После прихода в монастырь еще играл какое-то время на своем инструменте — тромбоне. Но мне твердо сказали, что теперь у меня монашеская жизнь, и я легко оставил прошлое. Духовное перекрыло душевное.

Когда я где-то слышу инструмент, конечно, это откликается в душе. Иногда приходит настроение что-то послушать. Но всё это безболезненно. Монастырская жизнь очень интересная, творческая. Господь дает благодать. Меняется отношение к людям. Бог нас воспитывает, показывает, что без Него мы не можем ничего. А с Богом приходит прощение обид, освобождение от других грехов.

Сейчас в работе с детьми музыка мне помогает.

— Каким наставлением старца Илия вы руководствуетесь и сегодня?

— В моем сердце звучит его живая вера. Вспоминаю, как он стоит в алтаре, его ничто не отвлекает. Если понаблюдать, чувствуется, как в него входит состояние духа. Его возгласы пропитаны силой. Каждое слово имеет особую значимость. Глагол ложится в сердце, и ты проникаешься этим. Вот что для меня самое главное.

Он немногословен был. Помню, я пришел как-то к нему на исповедь. У меня было искушение, чувства шатали, не знал, что делать. Батюшка наклонился, прижался ко мне головой и будто вытянул из меня боль…

Поражало, как он, старенький, стоя на коленках, всех выслушивал. Его любовь, кротость, смирение, молитвенное стояние перед Богом — вот что такое учительство для меня и нашей братии. У нас есть такие отцы. Между нами должна быть любовь. Если есть любовь, есть и старчество.

— Что бы вы посоветовали молодым людям, которые находятся перед выбором жизненного пути?

— Я пожелал бы им никогда не отходить от Бога, какие бы препятствия ни возникали. Важно иметь такой внутренний стержень, чтобы ты всегда смог прийти к Богу, в церковь. А Господь нас принимает, какие бы грехи мы ни совершали.

Беседовала Ольга Косякова

Фотографии из личного архива иеромонаха Доната (Максимова)

29.07.2026