Одна встреча со старцем Николаем

24 августа — день упокоения старца Николая Гурьянова

Старец Николай Гурьянов отошел ко Господу 24 августа 2002 года. Наш духовник отец Андрей Лемешонок был духовным чадом батюшки, а наш монастырь появился с благословения старца. Многие монастырские братья и сестры бывали на острове Залита на Псковском озере, где служил батюшка Николай, многие после встречи со старцем избрали монашеский путь, стали сестрами и братьями милосердия, изменили свою жизнь. Воспоминаниями об одной из таких поездок поделилась игуменья Дария (Альховик), в прошлом сестра милосердия нашего сестричества, а сегодня настоятельница Свято-Благовещенского монастыря г. Слонима.

— В самом начале моего служения, когда я была сестрой милосердия и несла послушание со скарбонкой на Червенском рынке в Минске, произошла встреча с человеком, благодаря которому состоялась моя единственная поездка на остров Залита к отцу Николаю Гурьянову, — вспоминает матушка. — Этот человек жил с семьей недалеко, буквально за два дома от рынка.

В то время у нас не было места, где складывать наши коробки с продукцией. И вот вечером, достаточно поздно (а было холодно, октябрь), подходит мужчина. У него были перчатки кожаные, кожаная куртка, затемненные очки — так иногда бывают рокеры, наверное, одеты. Подходит и говорит: «Послушайте, сестра, а что говорит Бог по поводу того, что человек кончает жизнь самоубийством?» Я отвечаю, что мы читаем Святое Писание, а там написано, что такой человек не войдет в Царствие Небесное. «Вообще-то, я это, конечно, знаю, но у меня такое положение, что…» — и он стал рассказывать, как ему тяжело, случаи своих друзей, которые покончили жизнь самоубийством, и что у него тоже есть такая идея.

У меня внутри всё замерло, поскольку мой отец закончил жизнь самоубийством. Я понимаю, что всё в моей жизни, что шло неправильно, не так, как должно было быть, — это, конечно, потому, что мы жили без Бога и что отец вот так ушел. А я старшая в семье, и на мне сильно это всё отразилось. Я буквально со слезами на глазах стала говорить: «У вас есть семья, у вас есть дочь?» Он ответил: «Да». «Если вы ее любите — не делайте этого!» Мы побеседовали, он сказал, что его зовут Олег, и у нас завязалась своего рода дружба. Потом мы познакомились с его супругой, которую звали Ирина, как и меня до монашества. Мы стали привозить к нему наши коробки с послушания, он приходил каждый день, забирал их, потом привозил назад.

Олег ужасно пил. Но начал ходить в Петро-Павловский собор Минска. Как раз были именины отца Андрея Лемешонка, середина декабря, и он всё спрашивал, что можно подарить. В конце концов как-то узнал, что нужен богослужебный набор для литии, и подарил его. Каждый раз, когда совершалась лития во время всенощного бдения и выносили этот набор, я вспоминала Олега.

Он очень мучился от своей страсти к винопитию. Враг настолько его опутал!.. И в итоге ему пришлось лечь в наркологическое отделение. Олег отрастил длинную черную бороду, внешне можно было сказать, что он очень похож на священника. Когда он лечился, все звали его «батюшка».

После лечения Олег как-то узнал, что можно съездить на остров Залита к старцу Николаю Гурьянову. Он сказал: «Поеду, если поедешь ты и Ира (жена)». И мы поехали. Приехали, подошли к домику отца Николая. Он вышел с маслицем и стал всех помазывать. Мы помазались, за нами еще люди подошли, и вдруг откуда-то выбежала лошадь. Около калитки, возле которой стоял отец Николай, лежал большой камень. Лошадь неслась прямо на него. Олег подбежал, схватил ее под уздцы — а она на дыбы. Отец Николай закричал ему: «Батюшка! Батюшка! Осторожнее!» Олег эту лошадь осадил и говорит: «Я не батюшка». Отец Николай потом что-то сказал ему одному так, что мы с Ириной не слышали. После этого мы подошли еще раз помазываться, как будто благодать умножится… Потом мы уехали.

Это был единственный раз, когда мы были с Олегом у батюшки. К большому сожалению, он так и не смог бросить пить. Но он каялся. Он очень каялся. Ира рассказывала, что он садился за стол и говорил: «Господи, прости меня!» — и пил эту водку. Он уже просто не мог остановиться…

Умер Олег на праздник Святой Троицы. Я помню встречу с ним, молюсь о нем, всегда подаю о нем записочки. Во мне живет надежда, что Господь принял его, ведь душа его стремилась к Богу, он верил и каялся в своем грехе. Поездка к отцу Николаю только утверждает эту надежду во мне. И я верю — душа этого «благоразумного разбойника» обрела покой в Боге.

Материал подготовлен редакцией сайта obitel-minsk.ru

24.08.2026