Матушка Валентина. История одной фотографии

14 июня, в день, когда Православная Церковь празднует Собор Всех Святых, в земле Русской просиявших, в Беларуси проходят торжества по случаю 20-летия прославления святой Валентины Минской. К этой дате появились новые сведения о жизни блаженной и о ее почитании, немало удивительных историй связано с помощью по молитвам к ней, готовится к изданию житие. Нам удалось пообщаться с родственником блаженной матушки Валентины — Николаем Александровичем Володковичем, правнуком ее крестного и дяди по матери протоиерея Владимира Свирского. В 2006 году в день канонизации святой матушки Валентины Николай Александрович, живущий в Подмосковье, приехал в Минск и привез фотографию со свадьбы Валентины Федоровны и Федора Васильевича Сулковских. На снимке — многочисленная родня будущей святой, представители священнических родов Свирских, Чернявских и Сулковских. Кто изображен на этой фотографии, как сложились судьбы этих людей, рассказал Николай Александрович.

— Вспоминаю Ксению Федоровну (1886–1968), сестру блаженной Валентины Минской. В памяти встает ее добрый, благословляющий и напутствующий взгляд.

Сколько горя она пережила! Это трудно себе представить. Потеряла мужа и кормильца семьи. Многие ли понимают, что такое жизнь матушки, вдовы священника, в условиях тотального неприятия религии и гонений на Церковь? Ее мужа, отца Сергия Родаковского, ОГПУ/НКВДшники на самом деле не расстреляли, а подвергли более жестокой казни. Об этом мне рассказала моя бабушка, Лариса Владимировна, двоюродная сестра Ксении Федоровны. Священника привязали к танку и поехали… Умер в мучениях, в пыли и в грязи. Волосы встают дыбом. Хочется понять сущность такой жестокости. За что?!

От отца Феодора Кривоноса я узнал, что на допросе отец Сергий осмелился упрекнуть чекистов в том, что они, борясь с религией, почему-то очень выборочно борются: преследуют и казнят только православных, а ни одного раввина не тронули… Думаю, что это довело следователей до запредельного гнева, и была назначена такая казнь. Что плохого для страны сделал отец Сергий? Во время Отечественной войны (Первой мировой) он служил священником при санитарном поезде, это был огромный духовный труд…

Ксения Федоровна оказалась без дома, без имущества. Всё до мелочей было конфисковано, включая посуду, чугуны и прочее. Пришлось, как говорится, идти по свету. Были долгие годы скитаний, жизни на бауле-чемодане. В конце концов бытовая сторона жизни ее дочери Натальи Сергеевны Петрени (1905–1989) и внучки Галины Даниловны Полевиковой (1932–2001) кое-как стабилизировалась, и Ксения Федоровна уже жила с ними в небольшой двухкомнатной (полуторной) квартирке в панельном доме, который теперь в народе называют «хрущевкой», на улице Портовой в городе Гомеле. Я, моя мама Екатерина Арсеньевна (1926–2016) и моя бабушка Лариса Владимировна (1893–1982) часто бывали у них в гостях.

Где-то в 1980-е годы, когда Ксении Федоровны в живых уже не было, при встрече с Натальей Сергеевной я положил на стол фотографию со свадьбы Валентины Федоровны и Федора Васильевича Сулковских в 1912 году и попросил подробно рассказать мне обо всех, кто есть на снимке. Интерес мой к фотографии был чисто семейно-исторический. В тот момент Валентина Федоровна не была прославлена Церковью. Однако в Косках о ней люди говорили как о святой. На ее могиле уже тогда горела лампада. Мы сидели на диване перед журнальным столиком, и я записывал в тетрадку весь рассказ Натальи Сергеевны. Тетрадка сохранилась.

Когда очередь дошла до рассказа про стоявшего первым слева в третьем ряду отца Сергия, я вдруг осторожно спросил о его кончине. Наверное, подсознательно мне хотелось услышать подтверждение слов моей бабушки Ларисы Владимировны. Но тут Наталья Сергеевна замолкла. Мне показалось, что к ее горлу подступил ком. Пауза затянулась на неестественно длительное время. Наталья Сергеевна встала и вышла в другую комнату. Вернулась через несколько минут. Я понял, что сделал глупость, затронув столь больную тему.

В центре фото — Валентина Федоровна и Федор Васильевич. Это третий день их свадьбы.

По правую руку от Валентины — Эмилия Антоновна Свирская. Это бабушка Валентины, мама ее мамы. Пожалуй, самый почтенный член семьи. Она из священнического рода Шафаловичей.

У нас сохранились два ее старинных фотопортрета.

Муж ее, протоиерей Петр Свирский, дед Валентины, умерший в 1905 году, похоронен в селе Озеро Узденского района, в ограде Петро-Павловского храма. А могилы Эмилии Антоновны и иерея Феодора Чернявского (отца Валентины) были за алтарем храма во имя святой Анны в деревне Коски. В 1929 году богоборцы сожгли храм и могилы уничтожили. На этом месте теперь частный огород — растет картошка*.

Сохранился фотопортрет отца Петра Свирского. Он стоял на столике возле кровати блаженной Валентины.

У отца Петра и матушки Эмилии было 11 детей.

Кстати, свадебная фотография, которую я описываю, снималась в Косках, рядом с Аннинским храмом.

По правую руку от Эмилии Антоновны — мама Валентины, София Петровна (с черным бантиком под воротничком). Далее — Анна Зеноновна. Наталья Сергеевна подробностей об Анне Зеноновне сказать не могла. Но позже, в 2025 году, благодаря стараниям историка Надежды Пилипенок и ее коллег, из метрической книги за 1888 год выяснилось, что это крестная мать Валентины, она из рода Шафаловичей. Вот такая иерархия рассадки по правую руку от Валентины.

По левую руку от Федора Сулковского — его мама, Варвара Матвеевна. Далее — отец Валентины, иерей Феодор Чернявский. Далее (в светлой рясе) крестный отец Валентины и ее дядя, протоиерей Владимир Свирский (1864–1949).

В этом месте немного отвлекусь от фотографии и расскажу об отце Владимире Свирском.

Он прослужил в Церкви 61 год, в том числе 32 года (с 1917 по 1949) — на своем последнем приходе, в Мире. Похоронен под спудом Георгиевского храма, что на кладбище Мира. Мой прадед переписывался с отцом Иоанном Кронштадтским. Переписывался и дружил с семьей потомков участника войны 1812 года Петра Христиановича Витгенштейна, генерал-фельдмаршала, заступившего на пост главнокомандующего русской армией после смерти Михаила Илларионовича Кутузова. По-видимому, связь с Витгенштейнами была неслучайной, ведь они одно время владели известным старинным замком, который находится именно в Мире. Престарелая графиня из потомков Витгенштейна, спасаясь от большевиков, нашла приют в доме отца Владимира Свирского.

1933 год… Это время польской власти над Западной Белоруссией. Городок Мир находился на этой территории. Поляки очень искусно проводили политику ополячивания местного населения. На православную общину Мира оказывалось давление. Власти то и дело выставляли отцу Владимиру разные требования: смена календаря и тому подобное. За неподчинение требованиям его дважды бросали в тюрьму. Трижды кто-то поджигал его дом. Короче — было противостояние. Православная община Мира уже задыхалась. И вот произошло событие, которое явилось свидетельством торжества Православия.

В связи с болезнью матушки Екатерины, супруги отца Владимира, и поиском молитвенного пути ее спасения от болезни, отец Владимир едет в Почаевскую лавру. Он общается с иеромонахом Вениамином (это в будущем видный архиерей Русской Православной Церкви — архиепископ Вениамин (Новицкий), который в тот момент был правителем дел и членом Духовного собора Почаевской лавры). Отец Владимир просит написать икону Пресвятой Богородицы, точный список чудотворного Почаевского образа… Монахи писали икону в состоянии поста и молитвы, а доска, на которой создавался образ, постоянно лежала на мощах преподобного Иова Почаевского. Отец Владимир вез эту икону поездом до станции Городея. И уже от станции крестным ходом ее несли до Мира и установили в иконостасе Троицкого храма над Царскими вратами. Крестный ход, по мере продвижения на своем одиннадцатикилометровом пути, как снежный ком обрастал народом, и к Троицкому храму подошло уже несколько тысяч человек. Люди плакали от радости, что вспомнили свою родную православную веру после долгих лет нахождения под польской властью. Можно сказать, что явилось торжество Православия. Поэтому люди помнят этот день и свято чтут Почаевский образ Божией Матери. Этот список прославился и многими чудесами исцелений. С тех пор ежегодно 5 августа, в день Почаевской иконы Божией Матери, в Мире происходит большой праздник — собирается окрестное духовенство, съезжаются паломники из разных мест.

В этой истории важно понимать один момент. Почаев — это западный форпост, островок Православия. Дух Почаева пронизан многовековым опытом противостояния инославному окружению. А в 1933 году православной общине Мира понадобился именно этот спасительный Почаевский дух.

Приблизительно в 1900 году, когда Валентине, крестной дочери отца Владимира, было 12 лет, он организовал паломническую поездку к отцу Иоанну Кронштадтскому. В поездке было трое: юная девочка Валентина, ее отец, священник Феодор Чернявский, и ее крестный, протоиерей Владимир Свирский. В той поездке отец Иоанн Кронштадтский преподал Валентине благословение и подарил ей свой фотопортрет. Этот небольшой портрет блаженная Валентина держала на прикроватном столике до конца своих дней.

Приблизительно в 1998 году пятилетняя дочь отца Владимира Лариса (моя бабушка) тяжело заболела скарлатиной. Врачи тогда дали понять родителям, что ситуация безнадежная. Отец Владимир, надеясь на молитвенную помощь, дал телеграмму отцу Иоанну. Очень быстро пришла ответная телеграмма с единственным словом: «Молюсь!» К удивлению всех окружающих, дитя тут же пошло на поправку. Этот факт Лариса Владимировна свято хранила в своей памяти всю жизнь, и он сильнейшим образом укреплял веру в Бога не только самой Ларисы Владимировны, но и ее близких. На фото младшие дети отца Владимира — Николай (справа, он постарше) и Лариса (слева). Снята фотография в селе Гребенка Игуменского уезда, ныне Червенский район.

Однако вернемся к свадебной фотографии.

Далее, в том же второму ряду, протоиерей Иоанн Свирский. Это тоже дядя Валентины. Вот такой порядок рассадки по левую руку от пары молодоженов. В третьем ряду стоит жена отца Иоанна — Александра Никодимовна, матушка. На земле, в первом ряду, сидит их сынок Александр.

В третьем ряду стоят: в светлой рясе протоиерей Сергий Родаковский (Сергей Петрович) и иерей Василий Степуро (Василий Львович). В 2000 году отец Сергий был прославлен Церковью в чине священномученика.

По левую руку от отца Василия — Лариса и рядом с нею женщина, имя которой не могла вспомнить Наталья Сергеевна, но смогла коротко сказать, что она немка.

Далее — Анна Петровна (с черным галстучком) и Наталья Петровна, дочери отца Петра Свирского и Эмилии Антоновны. Это тети Валентины. Анна была учительницей, Наталья — банковской служащей.

Previous Next

У меня сохранились фотографии и видеозапись панихиды, которую у этих могил служил настоятель храма отец Виктор Резанович в 2010 году. На панихиде вместе со мною молился праправнук отца Петра Свирского Евгений Львович Толпекин. Кстати, мы встречались с ним в Минске, и он передал мне свою родословную схему. Я выделил (смонтировал) из нее фрагмент. На фото мы с Евгением (он чуть ниже ростом).

Идем далее по свадебной фотографии. В этом же, третьем, ряду Елизавета Петровна Плышевская, дочь отца Петра Свирского и Эмилии Антоновны, сестра Софии Петровны, тетя Валентины. Елизавета Петровна — жена отца Михаила Плышевского, которого Церковь причислила к лику святых в чине священномученика.

После расстрела отца Михаила в 1937 году и всех обрушившихся на семью репрессий она сумела с детьми добраться до Мира к своему брату, отцу Владимиру Свирскому, который приютил их в своем доме. Там же, в Мире, она и похоронена рядом с матушкой Екатериной Свирской, женой отца Владимира, в одной оградке. Под общим памятником — и дочь Елизаветы Петровны Мария Михайловна Ясинская. Давным-давно я ходил по кладбищам и делал зарисовки надгробий и надписей. Вот моя зарисовка с их могилы.

В четвертом ряду, в белом кителе, Николай Владимирович Свирский. Это сын отца Владимира и матушки Екатерины, двоюродный брат Валентины. По левую руку от него — Антон Петрович Свирский, сын отца Петра и Эмилии Антоновны, дядя Валентины.

Сохранилось несколько фотографий Николая Владимировича. Вот он в детстве с отцом, и вот он в военной форме.

Замучен в застенках ОГПУ/НКВД в 1930-е годы…

Про этого человека Наталья Сергеевна с большим сомнением сказала, что это муж Анны Зеноновны. Она, конечно, ошиблась. Анна Зеноновна была вдовой. А в наши дни выяснилось, и я это пишу со слов историка Надежды Пилипенок и писателя Татьяны Дашкевич, что это иерей Александр, брат Федора Сулковского, супруга Валентины.

В первом ряду слева, на земле (на досочке), сидит Анна Федоровна Степуро (в девичестве Чернявская) — жена отца Василия Степуро, сестра Валентины. У нее на коленях — дочь Евгения. А по левую руку от Евгении — Геннадий, сын Ксении Федоровны и отца Сергия Родаковских. Далее, по левую руку от Геннадия, сидит Ксения Федоровна, сестра Валентины. На коленях у нее сын Александр. А по левую руку от Ксении сидит Ирина, дочь Анны Федоровны и отца Василия.

Об этих девочках, Евгении и Ирине Степуро, скажу чуть ниже. Мы виделись в Гомеле в 1970-х годах.

В первом ряду, ближе к правому краю, сидит Ольга Федоровна (1892–1968) — сестра Валентины. По левую руку от нее — ее племянница Леонилла, дочь отца Василия и Анны Федоровны.

Я хорошо помню Ольгу Федоровну. Она часто бывала в Сёмковом Городке у своей двоюродной тети Ларисы Владимировны и ее мужа, отца Арсения Личко, моих бабушки и дедушки. Там она написала немало икон для храма Рождества Пресвятой Богородицы. В начале 1960-х богоборческие власти закрыли храм. Иконостас, иконы и вся церковная утварь были вывезены предположительно в Минский кафедральный собор.

И вот мы подошли к изображению на фото девочки семилетнего возраста. Это и есть моя собеседница — Наталья Сергеевна.

На том свадебном фото есть еще 11 человек, про которых Наталья Сергеевна ничего не смогла вспомнить. Это и понятно — ей тогда было 7 лет.

По прошествии более шести десятилетий те две девочки, дочери Анны Федоровны — Евгения и Ирина — как-то приехали в Гомель к Наталье Сергеевне. Это уже были женщины преклонного возраста. Подъехали туда же и мы: моя бабушка Лариса Владимировна, приходящаяся им двоюродной тетей, а также моя мама Екатерина Арсеньевна и я. Это было в 1970-х годах. Ксении Федоровны уже не было в живых. Состоялась волнующая встреча — было что вспоминать и обсуждать.

Слева направо: Ирина Васильевна (в полосатом платье), Наталья Сергеевна, Евгения Васильевна.

Сидят слева направо: Ирина Васильевна (в полосатом платье), Евгения Васильевна, Лариса Владимировна, Наталья Сергеевна. Стоят слева направо: Екатерина Арсеньевна, Галина Даниловна, родственница (?) Елена Гараймович.

Вот так благодаря одной фотографии удалось узнать судьбу целого рода, связанного с именем блаженной матушки Валентины.

Николай Александрович Володкович,

май 2026 г.

-------

* Почитатели памяти блаженной Валентины Минской выкупили часть земли бывшей церковной усадьбы и сегодня выращивают там цветы для украшения сени над могилкой матушки.

14.06.2026