«Елисавета Феодоровна — мой проводник к Богу»

Я стою в Покровском соборе Марфо-Мариинской обители и смотрю на фреску художника Нестерова под сводом храма. На ней к Христу вереницей идут больные, немощные, увечные, а Он простирает к ним руки. Жаждущих утешения и исцеления сопровождают сестры милосердия в белом облачении.

— Это святая преподобномученица Елисавета Феодоровна попросила Нестерова изобразить на фреске сестер обители, — говорит мне девушка, которая стоит рядом. У нее длинные черные волосы, черные брови, под губой пирсинг, на шее татуировка. — Ведь они приводили людей к Богу тогда и сейчас. Так они привели к Богу и меня.

Девушку зовут Ксения. Когда мы выходим из храма, она предлагает погулять по саду обители и рассказывает свою историю.

Встреча с обителью

— Я пришла в обитель с пирсингом, длинными ногтями, татуировками, нарощенными волосами. Выглядела, прямо скажем, не по-православному, но никто меня не упрекнул и тем более не выгнал.

Моя жизнь тогда была абсолютно светская, ни про какие заповеди я не думала. Меня причащали в детстве, но я не понимала, что это значит. В храм заходила лишь изредка. Когда умерли родители, заказывала по ним сорокоуст, то есть выполняла какие-то положенные ритуалы. Была прохожанкой, а не прихожанкой. Про Церковь и религию ничего не знала — чистый лист. И вот в один момент моя жизнь кардинально изменилась.

Я каталась на роликах в парке, когда мне позвонил друг и сказал: «Надо поехать встретиться с отцом Иоанном по одному благотворительному проекту». «Не-е-т, катаюсь на роликах. Какой храм?! Какой отец Иоанн?!» — ответила ему.

Но друг меня уговорил. Мы приехали на встречу в обитель, и больше я ее не покидала. Отец Иоанн Клеменко занимается в монастыре активной благотворительной и просветительской деятельностью. Он рассказал, что ведет евангельский кружок. Я подумала: «О, прикольно! Никогда не была на таких встречах, надо сходить». Пришла раз, второй, третий, а в итоге стала приходить каждую неделю. Отец Иоанн рассказывал про заповеди. Для меня было открытием, как сильно я их нарушаю.

Искренне верю, что это преподобномученица Елисавета меня приютила в обители после того, как я стала сиротой. Мама умерла, когда мне было 30 лет, а через три года не стало и папы. Было очень тяжело без них. А потом случайно от соседки я узнала, что я — приемная, и мой мир перевернулся. Вот в таком состоянии через полгода я попала в Марфо-Мариинскую обитель и обрела тут новый дом, семью — тридцать пять сестер, которые меня окружили любовью и помогли прийти к Богу.

Мне кажется, что миллион раз в жизни Господь приглашал меня к Себе, но именно Елисавета Феодоровна коснулась сердца и указала путь. Не потому, что я хорошая, а потому, что Елисавета Феодоровна всех любит и принимает.

«Меня окружали люди, преданные Христу»

— Раньше я никогда не думала, что буду ходить в храм. Все верующие казались мне странноватыми людьми. Но воцерковление произошло для меня стремительно и в то же время гармонично. Всего за год моя жизнь кардинально изменилась.

Сначала каждое воскресенье я приходила в обитель и причащалась. Затем специально переехала жить рядом с монастырем и бывала там практически каждый день — мыла полы, посуду, протирала иконы. Начала разбираться в богослужениях, меня стали окружать сестры, священники и воцерковленные люди. В обители трудятся и живут люди с большим сердцем: они и накормят, и подарят книгу, и скажут доброе слово. У меня просто не было варианта не воцерковиться (смеется).

Сильно повлияло на меня и общение с добровольцами — это люди, искренне преданные Христу, настоящие подвижники: трудятся с утра до вечера и никогда не показывают, что устали.

У меня такое чувство, что в обители все ведут меня за ручку. Вот я иду по узкому пути к Христу, и вначале одна сестра взяла меня за руку и провела чуть-чуть, потом — другая, третья… Мне кажется, что так и Елисавета Феодоровна при жизни всех вела ко Христу.

Уйти в монастырь

— Я не понимала, что от меня хочет Господь, для чего Он так кардинально изменил мою жизнь? И в какой-то момент подумала, что раз не замужем, то, может быть, мое место в монастыре.

Но вначале я хотела больше узнать о Православии. Одна сестра обители предложила поступить в Православный Свято-Тихоновский гуманитарный университет. Позвонила туда на следующий же день, но мне сказали, что уже ноябрь, прием закрыт. Я попросила: «Мне так сильно хочется, ну пожалуйста». И произошло чудо. В ответ я услышала: «Ну раз хочется — приходи». И появляется Ксения с длинными ногтями и пирсингом: «Добрый вечер, я хочу учиться на православного теолога» (смеется). Но и там меня приняли.

В университете познакомилась со своим будущим мужем. Долгое время мы общались только как одногруппники. Он боялся со мной сближаться, потому что думал, что я уйду в монастырь.

В то же самое время в мирской жизни всё стало рушиться. Кажется, когда приходишь к Богу, всё должно наладиться, а у меня — наоборот. Я думала, что это знак от Господа, что мне нужно быть в монастыре. А оказалось, что мне нужно было замуж (смеется). И вот одногруппник сделал мне предложение. Теперь у меня воцерковленный муж. Вера нас объединяет. Когда мы вдруг начинаем ссориться, муж несет мне Евангелие.

«Мне важно оставаться в Церкви собой»

— В обители никто не обращал внимания на то, как я выгляжу. Меня не ругали, не упрекали, не поучали. Первое время я приходила в монастырь в мантии и самурайских штанах. Иногда пожилые монахини спрашивали: «А чего ты не в платочке?» Я говорила, что в платочке мне не нравится, некомфортно. «Ну и ладненько», — соглашались они.

Я считала, что Богу нет дела до моего пирсинга, Ему нужно мое сердце. И когда духовник просил его снять, спорила, говорила, что пока сама не пойму, не сниму. Но однажды зимой шла, поскользнулась, упала и проснулась уже в реанимации. Там с меня и сняли все пирсинги. После этого я надела только один. И мне достаточно.

Да, внешне я не похожа на обычных прихожанок. Но, мне кажется, хорошо, что в Церкви все разные, ведь Господь смотрит не на внешние атрибуты, и мы можем оставаться собой. Никто не принуждает нас быть одинаковыми по какому-то шаблону.

Я не стеснялась спрашивать и говорить, что чего-то не понимаю, что в мою картину мира это не укладывается. И меня никто не пытался переубедить. При этом я молилась: «Господи, дай мне разум понять».

«Есть святые, которые сами входят в нашу жизнь»

— Как однажды в мою жизнь вошла великая княгиня Елисавета Феодоровна, так сейчас в нее вошел и праведный Алексий Мечёв. Мой муж часто повторяет слова: Носите тяготы друг друга (Ср.: Гал. 6: 2). Сейчас я работаю маркетологом в православном издательстве. В свой первый рабочий день зашла в храм рядом с офисом и увидела мощи. Спросила, чьи они. Оказалось, святого праведного Алексия Мечёва. А у меня и муж Алексей, и духовник Алексий. Повернулась и увидела, что на иконе святого написано: «Носите тяготы друг друга». И тут все пазлы сложились. Теперь я всегда перед работой захожу ему поклониться.

Есть святые, которые сами входят в нашу жизнь. Елисавета Феодоровна — мой проводник к Богу. Я всё время чувствую ее присутствие и покровительство, как будто она живая, постоянно со мной рядом и всегда помогает. И Алексий Мечёв стал для меня близким святым.

«Мне повезло заниматься тем, что не противоречит моим ценностям»

— У меня была светская жизнь: маркетинг, SMM, фотография. Я продвигала развлекательный контент и сама так жила: какой-то эпатаж, пирсинги, вызывающая одежда… Моя жизнь так и осталась активной и яркой, но теперь я окружена православными людьми.

Православный маркетинг — тоже маркетинг. Моя работа по-прежнему — съемки подкастов, презентации, встречи, дедлайны, но теперь я продвигаю другие ценности, и мы конкурируем с развлекательным контентом, а это непросто.

Мне повезло работать в православном издательстве, а не заниматься тем, что противоречило бы моим ценностям. Я думаю, это случилось по молитвам святой Елисаветы Феодоровны и сестер обители. Это большая милость Божия.

«Марфо-Мариинская обитель — мой дом»

— Наверное, пафосно звучит, но обитель — мой дом. В Москве у меня достаточно бурная жизнь: бывает тяжело, бывает и радостно. Но что бы ни случалось, все мои дороги ведут в обитель — это мой островок спокойствия. Я знаю, что меня тут тепло встретят, и душа успокоится. Когда тяжело, сажусь около мощей преподобномученицы Елисаветы Феодоровны, плачу и разговариваю с ней, и это приносит утешение, душа исцеляется.

Чувство дома ни с чем не перепутаешь. Я как будто всю жизнь искала свой дом, а нашла его здесь. Раньше много раз переезжала: из Тольятти, где родилась, в Самару, потом в Москву. Много путешествовала. Всегда думала, что буду жить в Чехии, или в Греции, или в Польше, или еще где-то. Потом думала: раз меня зовут Ксения, а это имя переводится как «странница» — значит, мой дом — весь мир. И приняла это. А потом впервые ощутила себя дома именно в обители. Это было так удивительно! Я тогда сильно плакала, потому что поняла, как мне повезло: ведь могла пройти мимо монастыря и никогда не испытать это чувство.

Я очень долго ходила с мыслями, что Господь дал мне всё (я могла оказаться в детском доме, интернате, а меня удочерили и воспитали), и теперь мне нужно что-то делать для Господа. И вот я пришла в музей обители, где крутят фильм о великой княгине, и услышала слова из письма Елисаветы Феодоровны: «Я одаривал тебя с тех пор, как ты появилась на свет. За всё это счастье, за доброту, за всё — что ты можешь Мне дать?» И она ответила: «Я начну трудиться, я так благодарна за всё!» Я разрыдалась, потому что это совпало с моими мыслями. И я хочу в своей жизни это воплотить.

Подготовила Ольга Демидюк

Фотографии из личного архива героини

15.05.2026