семья:
«Я благодарю Бога за то, что позволил мне быть регентом. Это большая часть меня, моя сущность», — делится Наталья Валькова, регент храма святой Софии Слуцкой. Об учебе в Санкт-Петербурге, вере и создании хора читайте в интервью.
В жизни семейных пар случаются и радости, и горести, бывают и счастливые моменты, и сложные. Но даже самую напряженную ситуацию может разрядить всего одно слово, сказанное с юмором:)
Иерей Николай Гриб служит в храме великомученицы Анастасии Узорешительницы. В интервью нашему сайту молодой батюшка рассказал о своем детстве, духовных наставниках и дружном приходе.
Поезд насквозь прошивает мою жизнь, как нить с паровозом-иглой. Мы жили у железной дороги, провожали поезда и не смели мечтать, что когда-то поедем и сами. И поехали, далеко-далеко…
«Я села прямо на коробку. В кладовке пахло мышами и временем. А у меня в руках — чужое покаяние, которое так и не дошло. Написал старик, собрался с духом, конверт заклеил — а до ящика не донес…»
«Прекрасно, что душа рвется в храм, на службу. Это милость Божия к тебе. Но когда ты живешь в мире, у тебя есть обязательства, проблемы, которые за тебя никто не решит…»
«Действительно, после того как человек входит в храм, помолится, исповедуется, причастится, духовная брань усиливается. Есть такой закон: сила действия равна силе противодействия…»
«У меня были одни кроссовки, одни штаны, рубашка — всё. Мне показали кровать и сказали: "Иди работай". Поработал. Заглянул в храм. Поел», — вспоминает свой первый день на подворье Александр Прохоров. С тех пор прошло несколько лет.
Сестра Тамара Осадчая несет послушание на выставках в разных городах России с 2008 года. О семье, вере, молитве и своем любимом послушании она рассказала нашему сайту.
«Слова чужого человека, даже и благонамеренного, действуют на ум ребенка, слово же матери касается непосредственно его сердечка, а слово и пример отца дают силу и энергию к воплощению…»
Моя бабушка Фекла говорила мало. Безвылазно сидела в своей кухоньке, похожей на пещеру отшельницы, и перебирала гречку. Руки у бабушки были узловатые, как коряги, и всегда теплые…
«Вам нужно быть мудрой и сохранить мир в семье. Лично я крестил своего ребенка в семь дней. Почему? Потому что хотел, чтобы ребенка уже можно было причащать. Я считаю, что это очень важно».
«Важно правильно выстроить отношения. Не нужно спорить, что-то доказывать. Нужно жить и молиться. Я думаю, пройдет какое-то время, непростое, но твоя молитва поможет Богу войти в вашу семью».
«Когда я была маленькая, моя бабушка учила меня резать хлеб, выкладывать его красиво на тарелку. А когда на доске оставались крошки, говорила: "А крошечки — в ладошечку и в рот…"»
«Моя мама — очень грамотный педагог. Но, конечно, всё дело в любви. Мама дарила нам свою любовь», — рассказывает 20-летняя Александра Благодарова, которую усыновили в 6 лет.
40 дней назад почила сестра Инна Папковская, которая много лет трудилась в нашем монастыре, возглавляла одно из подразделений. Кем для людей стала Инна, как она трудилась и чем жила, вспоминают ее родные, коллеги и друзья.
Я вижу, как внук Миша взрослеет, как в нем идет подростковая борьба. И мне хочется сгладить, утешить, «постелить соломку». Эй, Мишка, побежали по лужам, я всегда с тобой!..
Сашка позвонил в три часа ночи. Я схватила трубку с той тревогой, какая просыпается в материнском сердце при любом ночном звонке. «Мам, Катя ушла, — сказал он. — Забрала Мишку и ушла». Внутри у меня всё оборвалось…
Когда я вышел на работу из отпуска и пережил гамму чувств — отторжение, неприятие, протест, уныние, — то думал, что это моя личная драма. Поговорил с коллегами — оказывается, я не одинок:)
Михаил: «Сейчас нам под 70, но, глядя на Людмилу, вижу ту маленькую симпатичную брюнетку, которая стала женой юности моей. Слава Богу, мы вместе и, надеюсь, претерпевши друг друга до конца, спасемся».
Михаил и Людмила Дмитриевы. Он — интеллигент, больше делает, чем говорит. Она — яркая и солнечная, всегда улыбается. Вместе они уже больше 40 лет и уже более 25 лет трудятся в монастыре.