Жить, как он жил, или Божий дар сербскому народу

Там, где был епископ Афанасий, были и святые отцы, и учителя Церкви; там был Христос распятый и воскресший, силой которого епископ Афанасий храбро охранял, воспитывал и кормил всех, кто был в беде.

Патриарх Сербский Порфирий

Пять лет назад Православная Церковь проводила в жизнь вечную великого человека, одного из наиболее выдающихся и признанных в мире сербских богословов, патрологов XXI века, удивительного по своей многогранности подвижника, христианина, аскета и молитвенника — епископа Афанасия (Евтича). Своими воспоминаниями о владыке с нами поделилась монахиня Ребекка (Перейра).

— Жить, как он жил… Мало кто способен так жить. У меня в сердце большая благодарность Богу за то, что я попала к владыке Афанасию. Вместе с митрополитом Амфилохием им выпало жить в трудный для Сербской Православной Церкви период. Они не заботились о приличествующих архиерейскому служению знаках отличия, они всегда были с народом. С владыкой Афанасием мы вместе пели на клиросе и прислуживали ему в алтаре (у нас было благословение алтарничать), копали грядки и на кухне готовили обед. Это был необыкновенный человек и нестандартный архиерей.

Иногда говорят, что владыка юродствовал. У тех, кто видел епископа Афанасия впервые, действительно могло сложиться такое впечатление. Но, как я понимаю и вижу из своего опыта общения с ним, во всем, что он делал, и в том, как он жил, было желание, чтобы у нас была какая-то свобода — от себя, чтобы человек жил, а не собой занимался. Поэтому он разрушал стереотипы, если из-за формы человек не мог дойти до сути, а это очень важно в духовной жизни. Для владыки обычная жизнь и была духовной: если ты хочешь быть с Богом, надо уметь быть с человеком. Жизнь его была духовной каждую секунду: и когда он копал грядки, и когда сажал оливковые деревья, и когда готовил пищу — во всем, что он делал. Сестры как-то привезли из Греции саженцы оливковых деревьев, пришли люди, и во время посадки владыка молился, чтобы они прижились — получился праздник! Он также посадил виноград и говорил, что это дары Богу: масло из оливок — для лампад, а вино из винограда — для Евхаристии.

Мужской монастырь Тврдош в честь Успения Пресвятой Богородицы, Босния и Герцеговина

Владыка Афанасий постоянно трудился и дорожил каждой минутой — для него время было драгоценно. Мы с ним познакомились в 2004 году, когда он уже был на покое в Герцеговине* и жил в монастыре Тврдош — это место пострига святителя Василия Острожского**. В монастыре у него была келья с видом на главный храм обители, где он жил и работал — сегодня туда можно прийти, в ней всё осталось так, как было при жизни владыки Афанасия. У владыки на столе было много книг на разных языках, он постоянно что-то переводил, писал. Богословие, особенно после травмы, стало его основным трудом для Церкви. Он проводил конференции, великопостные беседы, например, цикл бесед об апостоле Павле***.

Владыку я видела на службе — он был за богослужением каждый день, но сам служил нечасто, не исповедовал и не причащал, а пел на клиросе. Владыка Афанасий был большим знатоком церковного устава и в церковной жизни любил динамику. Он хотел, чтобы у нас было понятие, а не просто соблюдение установленного порядка ради галочки. Это была его школа, если можно так сказать.

На Преображение в Тврдоше, 2003 год

Помню, как-то во время службы — на декабрьскую память святителя Николая Чудотворца, которого владыка Афанасий особенно почитал как своего покровителя, — в храме было много молящихся. В Уставе Сербской Церкви в стихирах на «слава и ныне» воспевается тот святой, которого хотят в этот день почтить. Стихиры поются не хором, а певчими поочередно, и стихиру на «слава и ныне» дают обычно спеть человеку, которому оказывается особая честь. На «слава и ныне» владыка стал петь сам, я держала Минею, и вижу — он поет совсем не те стихиры, которые были в книге, и на другой глас. Владыка Афанасий любил восьмой глас, и когда импровизировал, чаще всего это был глас осьмый. В той своей стихире владыка Афанасий сумел почтить и святителя Николая Чудотворца, и святителя Николая Сербского, и святителя Николая Японского. И в проповеди мог потом всех троих святителей прекрасно связать. Это был очень глубокий человек.

Владыка не был человеком правил, в каждой ситуации Бог ему открывал, как нужно поступить, его невозможно ограничить какими-то лекалами. Он был полностью непредсказуемым. И при этой свободе соблюдал устав монастыря — был за трапезой с братией, затем трудился — переводил, писал. После обеда работал физически, затем снова писал. После вечернего богослужения делал переводы, часто работал ночами.

Виноградники монастыря Тврдош

Владыка любил Достоевского, цитировал его, знал историю, географию — с закрытыми глазами — он много где побывал… Не помню случая, чтобы кто-то приходил к нему с жалобами. Он понимал, что у каждого человека свое предназначение, и старался, чтобы каждый делал свое дело. Мог дать совет — владыка Афанасий глубоко чувствовал твою душу. Но говорил только тогда, когда человек мог принять его слово и хотел услышать совет. Беседы его были всегда эсхатологичны — в них была искра, мотивация к тому, чтобы человек реализовал себя как вечное лицо, задуманное Богом. И были очень глубокими в плане богословском. Владыка Афанасий приближал человека к тайне Пресвятой Троицы через духовные отношения. Через отношения с духовником открывал человеку понятие о Сыне: источник твоего бытия происходит от Того, Кто есть Пресвятая Троица. Ты можешь быть чадом, если у тебя есть духовный отец, и через него тебе преподается Дух Святой. Быть духовником — это участвовать в тайне Пресвятой Троицы.

Во время одной из лекций по богословию

Владыка был нестандартным в том смысле, что делал то, что другой архиерей делать бы не стал: он пел с народом, играл с детьми и с нами в футбол. И это нисколько не умаляло его личности. Это был человек, который мог найти Бога везде. У него было желание видеть Бога и преобразить всё. Жизнь с его участием была очень динамичной, настоящей, не книжной. Хотя он очень много читал, знал несколько языков, но теория — это было не его!

Было очень смешно иногда, когда владыка Афанасий хотел с нас стряхнуть какую-то гордость или саможаление и во время службы давал задания — просто трудновообразимые. Это освобождало человека от самости. И в то же время требовалось внимание: нужно было слушать обоими ушами и смотреть во все глаза, потому что владыка мог кричать, но тебя это не унижало, а помогало очиститься душе от самости. Ты видел, что это была исповедь, и владыка через это очищал тебя… А потом — всё, жизнь шла дальше, как ни в чем не бывало.

Владыка был очень пунктуальным, всегда приходил в церковь пораньше. Когда мы готовили храм к богослужению и располагали всё, как он обычно любил, владыка приходил и говорил: «Нет, это туда, это сюда…» — и всё менял: не надо гордиться! И мы уже ожидали: ну и что же будет сейчас? Смысл богослужения ведь не в том, что вот — всё готово, и вот какие мы праведные тут стоим и молимся…

Ругать он мог сильно, но не потому, что это была какая-то его эмоция, а ради нашей пользы. Это была работа над собой. Когда мы ехали в Тврдош на литургию, я чувствовала, что иду в школу. Во время богослужения это бывало очень часто, как, впрочем, и всегда: если владыка Афанасий присутствовал, этого следовало ожидать. Многие люди не понимали, что владыка никогда себя кем-то не показывал — это была помощь душе человека.

Требинье — город, в четырех километрах от которого монастырь Тврдош, где и сегодня находится епископская кафедра в Боснии и Герцеговине.

Он был очень необычный человек. Однажды игумен афонского монастыря Хиландар Мефодий рассказывал, как они на пристани ждали с владыкой Афанасием корабль, и владыка пошел помочить ноги в море — снял обувь, носки. И вот корабль причалил, отцы вышли: «О, Афанасий!!!» Начались богословские вопросы. А владыка достает из кармана веревку и говорит игумену: «Мефодий, растягивай!» И подает ему промокшие носки, чтобы повесил сушиться: «Вот! Этому я научился в Сорбонне». Игумен Мефодий рассказывал: «А я стою — мне стыдно это делать!» А владыка его еще и поправляет: «Не там, вот туда перевесь!» И никаких духовных разговоров не ведет. Так владыка Афанасий лечил от гордыни. Но при этом он был с тобой и никогда тебя в таком неприятном положении не бросал. Никогда.

Владыка никогда никого не хвалил. «Это смерть», — говорил он. Может быть, он тебя похвалит, когда ты этого не слышишь. А ругал при всех — чтобы все слышали, но сколько ты можешь понести, и в его глазах ты видел любовь, и было понятно, что он хочет тебе помочь.

Место погребения епископа Афанасия (Евтича) в Тврдоше

При этом он был прямым, искренним человеком. И прошел через многое. Был в Косово. Это было его сердце. И когда однажды в епархии обсуждался какой-то вопрос, нужно было принять трудное решение — епархия маленькая, отцы жили одной семьей, это было удивительное время, как во время Христа с апостолами, — и владыка Афанасий сказал одному из архиереев: «Ты ждешь, что тебя будут хвалить, а ты просто делай дело Божие, и Бог будет с тобой, вот и всё».

Владыка Афанасий говорил, что, если мы хотим Христу работать, мы должны быть готовы быть со Христом в каждый момент Его жизни: на Кресте, во Гробе, во славе, в яслях — надо быть готовым к этому.

Владыка родился в 1938 году — Тито, коммунизм, жизнь была тяжелая... Он учился в Афинах, и в армию пошел уже после семинарии. Это было непросто, поскольку случались и суровые моменты. Видимо, так Господь созидал из него духовного гиганта, чтобы он предстательствовал за сербский народ. Герцеговина очень много страдала. И владыка во время гражданской войны в 1990-е в Герцеговине постоянно был в зоне военных действий, знал каждого солдата — приезжал поддержать сербских солдат, ел с ними из одного котелка, а потом мог сказать: «Ну, давай, сынок, может, какой грех у тебя есть?»

С владыкой Амфилохием они были духовными братьями, и для нас, их паствы, это было большим утешением. Это Божий дар сербскому народу. Как Василий Великий и Григорий Богослов. Они исповедовались друг другу. Хотя они очень разные. Это, я думаю, и молитва их духовного отца — преподобного Иустина Поповича, у которого они окормлялись с 15 лет. Такие люди — это уже другое измерение.

Прошел через многое…

Иногда владыка говорил и делал какие-то вещи, которые сразу не были понятны, но становились понятны со временем. Он внимательно относился к людям. Хотел, чтобы человек был свободным, цельным. Он всё делал для человека, чтобы тот приблизился к Богу. И мог сказать родителям, чтобы не приводили детей в храм к Причастию в одежде с безобразными иностранными надписями, чтобы не обвешивались сумками, когда идут к Причастию. Мог сказать мне: «Смотри, как они пришли, ты виновата!» И люди, видя, как он меня ругает, старались привести себя в порядок — такой у нас с ним был прием, чтобы помочь людям оставить свои попечения и участвовать в богослужении.

Владыка избегал почестей и человеческих привязанностей. Он берег свободу души — хотел быть чистым перед Богом. С ним были очень здоровые отношения. Он давал каждому то, что ему нужно и в нужной мере. Не искал каких-то радостей, послаблений, утешений, просто жил. Это был монах. Владыка не принимал никаких подношений, даже на день ангела. Вместе помолились за литургией — и всё. Однажды ему принесли тортик с букетом — и этот тортик летел… «Зачем меня поздравлять?! Поздравлять — это быть вместе, причащаться — это праздник». В этом отношении он себя ограждал, был очень аккуратным — ничего для себя, никакого самоугодия.

Однажды наша игуменья вместо старых брюк, которые владыка отдал в ремонт, купила ему новые — ремонтировать было уже нечего. «Что ты сделала?! Мне не нужны новые. Отдай мне мои, с дырками, сам зашью!»

Он был человек очень тонкий, и если возникала какая-то несправедливость… Как-то у нас был футбольный турнир, и одна команда проигрывала. Владыка был судьей. И вот он говорит игроку проигрывающей команды: «Как тебя зовут?» — «Марк». — «Падай, Марк, падай, чтобы я дал пенальти!» — хотел так помочь. И потом: «Давайте, еще играйте!» А мы к турниру приготовили награды — медали. «Какие медали?! Дай сюда арбуз!» И он берет и дарит арбуз: нарезал кругляшей арбузных и всем вручил. Представляете, какой человек? Был судьей, а потом всем сделал медали из арбуза. Вот какая высота! Вот это богословие.

Владыка любил людей, особенно маленьких.

И еще он очень любил детей и… цветы. В Герцеговине были и хорваты, и боснийцы — дети разных вероисповеданий. Чтобы у сербских детей в школе был предмет «Основы православной культуры», владыка Афанасий пошел к министру и настойчиво просил об этом. А монахинь и дьяконов отправил учиться, чтобы они преподавали в школе. И мы все пошли к детям. Он много за это боролся. И эти дети начали говорить о Боге, пришли на литургию. Один катехизатор делился: на уроке, когда дети писали контрольную, были такие вопросы и ответы: «Что делает диакон? — Кадит. Что делает священник? — Божественную Литургию служит. — Что делает владыка? — Копает…» И это высокое богословие.

Благодаря примеру владыки Афанасия эти люди вернулись в 2000-е годы в Церковь. Многие потом поступили на богословский факультет. Теперь там живая епархия. Владыка пришел в Герцеговину во время войны, в каждом доме кто-то погиб. Владыка построил много часовен, где служили, и вместо росписей написал имена погибших. И все эти дети, приходя туда молиться, говорили, указывая на чье-либо имя: «Вот мой папа». И когда владыка служил, это была такая сила! Он не жил для себя и делился тем, что Бог ему давал. Очень благодарю Бога, что я видела такого человека и рядом с ним жила. Его молитвами мы живем и дальше.

Русское издание лекций и бесед епископа Афанасия (Евтича). Его труды переиздаются сегодня на разных языках.

Вечная память дорогому о Господе владыке Афанасию! Надеемся, что и он в жизни вечной не забывает о нас в своих молитвах.

Материал подготовлен редакцией сайта obitel-minsk.ru

Фотографии из интернета

----------

* Епископ Афанасий (Евтич) Захолмско-Герцеговинский с 1992 года был на кафедре в боснийском городе Требинье в монастыре Тврдош. В 1996 году в связи с полученной травмой он попросил Архиерейский Собор СПЦ освободить его от управления епархией и был почислен на покой. Местом пребывания владыки остался монастырь Тврдош.

** Один из самых почитаемых святых Сербской Православной Церкви. Святитель Василий родился в 1610 году в Герцеговине.

*** В 1967 году на Богословском факультете Афинского университета епископ Афанасий (Евтич) защитил докторскую диссертацию «Экклесиология апостола Павла по св. Иоанну Златоусту».

04.03.2026