Оптинский стратилат — преподобный старец Варсонофий

14 апреля — день памяти преподобного Варсонофия Оптинского (Плиханкова) в Соборе всех святых, в Оптиной пустыни просиявших, и в Соборе Самарских святых.

Егда найде на тя Божественное рачение, преподобне отче Варсонофие, и глас великаго аввы на высокая тя повлече, тогда оставил еси воинство царя земнаго, ополчение же монашеское тя, воина крепкаго, прият и, поборствуя мрачная бесовская полчища, не отступил еси пред врагом древним, темже и украсился еси венцем нетленным, стратилате Оптинский.

Стихира на Господи, воззвах, глас 2

Непостижимы пути спасительного Промысла Господня. «Вся жизнь наша есть великая тайна Божия», — говорил своим духовным чадам преподобный Варсонофий Оптинский. И его жизнь является тому ярким примером: соизволением Божиим из блестящего полковника Павла Ивановича Плиханкова в одну ночь, по слову преподобного Нектария Оптинского, родился великий старец. Его путь в монастырь был долог и нелегок, в миру прошло 46 лет — большая часть жизни. Но в вечность Оптина пустынь провожала его такими словами: «Гиганта малыми деревцами не заменишь». Один из четырнадцати великих преподобных старцев Оптиной пустыни, он был действительно гигантом духа, наследовавшим полноту духовных даров своих предшественников. Документов и свидетельств о жизни старца до его поступления в число братии Оптиной пустыни почти не сохранилось. Но схиархимандрит Варсонофий в беседах рассказывал духовным чадам о себе, и их записи донесли до нас сведения о его жизни в миру.

Павел Иванович Плиханков, будущий старец Оптинский Варсонофий, родился в Самаре 5 июля 1845 года, в день обретения мощей преподобного Сергия Радонежского, и считал его своим небесным покровителем. Он происходил из оренбургского казачества. Мать его, Наталия, скончалась при родах, но ребенок остался жив благодаря таинству Крещения, которое немедленно совершил над ним священник.

Дед и прадед мальчика были весьма богаты. Почти все дома по Казанской улице принадлежали Плиханковым. Все члены семьи были благочестивыми и глубоко верующими людьми, много помогали находившемуся на этой же улице храму Казанской иконы Божией Матери, считая, что их род находится под особым покровительством этого образа.

После смерти матери отец женился вторично, и в лице мачехи Господь послал младенцу добрейшей души наставницу — в ней мальчик снова обрел мать. «Моя мачеха, — рассказывал преподобный, — была глубоко верующей и необычайно доброй женщиной, так что вполне заменила мне мать… Вставала она очень рано и каждый день бывала со мной у утрени… Любила она и дома молиться. Читает, бывало, акафист, а я распеваю тоненьким голоском на всю квартиру: "Пресвятая Богородице, спаси нас!"».

Самара XIX века, общий вид на город

Знаменательный случай произошел с Павлом, когда ему было около 6 лет. Он сам вспоминал позднее: «Был я в саду с отцом. Вдруг по аллейке идет странник. И дивно, как он мог попасть в сад, когда сад окружен большими собаками, которые без лая никого не пропускают. Тихо подошел странник к отцу и, показывая на меня ручкой, говорит: "Помни, отец, это дитя в свое время будет таскать души из ада!" И после этих слов он вышел. Потом мы его нигде не могли найти. И Бог его знает, что это был за странник».

Девяти лет Павлушу зачислили в гимназию, учился он очень хорошо, много читал, прекрасно знал мировую литературу. Позднее, будучи старцем, он часто говорил о пользе книжных знаний, в первую очередь — житий святых. Об учебе в гимназии он вспоминал: «Летом нас переселяли на каникулы в живописное казенное имение… Там была прекрасная березовая аллея… Воспитанники обыкновенно вставали в шесть часов, а я вставал в пять часов, уходил в ту аллею и, стоя меж берез, молился. И тогда я молился так, как никогда уже более не молился: то была чистая молитва невинного отрока. Я думаю, что там я себе и выпросил, вымолил у Бога монашество».

Затем была учеба в Оренбургском военном училище, штабные офицерские курсы в Петербурге. Постепенно повышаясь в чинах, Павел Плиханков скоро стал начальником мобилизационного отделения, а затем полковником. О поступлении в монастырь тогда еще не думал, представлял себе монашескую жизнь так: «Страшная скука — там только редька, постное масло да поклоны». Но он уже был призван — часто незаметно, но иногда весьма явственно Господь вел его именно в монастырь. Отсюда и многочисленные «странности» офицера Павла Ивановича Плиханкова.

Урок фехтования. Россия, XIX в.

Военная служба, блестящая карьера: он был на хорошем счету, и генеральский чин уже виднелся на горизонте. Прямая возможность к стяжанию всех мирских благ. И… отказ от всего. Сослуживцы и знакомые никак не могли понять: что же за «изъян» в стройном, красивом полковнике, весь облик которого дышал каким-то удивительным внутренним благородством? Не женится, балов и званых обедов, равно как и прочих светских развлечений, избегает. В театр, бывало, ходил, но потом перестал. За спиной у Павла Ивановича даже порой поговаривали: «С ума сошел, а какой был человек!..»

Теперь сослуживцы уже не звали Павла Ивановича ни на пирушки, ни на другие развлечения. Зато у него появились маленькие друзья. Денщик Павла Ивановича Александр, доброй души человек, помогал ему найти детей, которые жили в бедных домах и хижинах, в подвалах. Впоследствии старец рассказывал: «Я очень любил устраивать детские пиры. Эти пиры доставляли одинаково и мне, и детям радость… А также я им рассказывал о чем-нибудь полезном для души, из житий святых, или вообще о чем-нибудь духовном. Все слушали с удовольствием и вниманием. Иногда же для большей назидательности я приглашал с собой кого-либо из монахов или иеромонахов и предоставлял ему говорить, что производило еще большее впечатление… Перед нами — поляна, за ней — река, а за рекой — Казань со своим чудным расположением домов, садов и храмов… И хорошо мне тогда бывало: сколько радости — и чистой радости — испытывал я тогда и сколько благих семян было брошено в эти детские восприимчивые души!»

Святой Праведный Иоанн Кронштадтский, фото 1898–99 г.

В Москве Павел Иванович встретился со святым и праведным отцом Иоанном Кронштадтским. Эта судьбоносная встреча запомнилась ему на всю жизнь, позднее он напишет: «Когда я был еще офицером, мне по службе надо было съездить в Москву. И вот на вокзале я узнаю, что отец Иоанн служит обедню в церкви одного из корпусов. Я тотчас поехал туда. Когда я вошел в церковь, обедня уже кончалась. Я прошел в алтарь. В это время отец Иоанн переносил святые Дары с престола на жертвенник. Поставив Чашу, он вдруг подходит ко мне, целует мою руку и, не сказав ничего, отходит опять к престолу. Все присутствующие переглянулись и говорили после, что это означает какое-нибудь событие в моей жизни, и решили, что я буду священником… А теперь видишь, как неисповедимы судьбы Божии: я не только священник, но и монах».

Когда, наконец, Павел Иванович утвердился в мысли идти в монастырь, в момент раздумий о том, в какую обитель поступить, ему попался в руки духовный журнал со статьей об Оптиной пустыни и преподобном старце Амвросии. «Так вот кто укажет мне, в какой монастырь поступить», — подумал молодой военный и взял отпуск.

Иеромонах Варсонофий

Когда он подходил к Оптинскому скиту, находившаяся в «хибарке» старца Амвросия одна блаженная неожиданно с радостью произнесла: «Павел Иванович приехали».

— Вот и слава Богу, — спокойно отозвался преподобный Амвросий…

Оба они духом знали, что приехал будущий старец. Когда Павел Иванович пришел в келью старца, то нашел там, кроме отца Амвросия, еще и отца Анатолия (Зерцалова). Оба они встретили его, как он вспоминал, «очень радостно», а недомогавший отец Амвросий даже встал, оказывая особый почет приехавшему. Здесь же, в «хибарке», и услышал Павел Иванович поразившие его слова преподобного Амвросия: «Искус должен продолжаться еще два года, а после приезжайте ко мне, я вас приму». Дано было и послушание — жертвовать на определенные храмы некоторые суммы из своего довольно высокого жалования полковника.

В 1881 году Павел заболел воспалением легких. Когда, по его просьбе, денщик начал читать Евангелие, последовало чудесное видение, во время которого наступило духовное прозрение больного. Он увидел открытыми небеса и содрогнулся весь от великого страха и света. Вся жизнь пронеслась мгновенно перед ним. Глубоко проникнут был Павел Иванович сознанием покаяния за всю свою жизнь и услышал голос свыше, повелевающий ему идти в Оптину пустынь.

К удивлению всех, больной стал быстро поправляться, а по выздоровлении поехал в Оптину. Преподобный Амвросий велел ему покончить все дела в три месяца: если он не приедет к сроку, то погибнет. Но на пути в обитель Павел Иванович столкнулся с многочисленными препятствиями: вместо отставки ему предложили повышение по службе, товарищи смеялись над ним, выплата денег задерживалась, из-за чего он не мог завершить все дела, люди противились его уходу из мира и даже нашли ему невесту… Однако выручил старец Варнава из Гефсиманского скита: указал, где достать денег, и тоже поторопил исполнить Божие повеление. Только мачеха, заменившая ему родную мать, радовалась и благословила Павла Ивановича на иноческий подвиг.

Братия скита перед храмом святителя Льва Катанского, преподобный Варсонофий — в первом ряду, первый справа, начало XX в.

С Божией помощью полковник Плиханков преодолел все препятствия и явился в Оптину пустынь в последний день своего трехмесячного срока. Старец Амвросий встретил его в церкви… в гробу. Павел Иванович приник к телу почившего. Через пять месяцев, 10 февраля 1892 года, он был зачислен в число братства Иоанно-Предтеченского скита и одет в подрясник. Каждый вечер в течение трех лет ходил для бесед к старцам: сначала к преподобному Анатолию, а затем к преподобному Иосифу, преемникам старца Амвросия.

Преподобный Анатолий дал новоначальному послушание быть келейником иеромонаха Нектария. Около преподобного Нектария он прошел в течение десяти лет все иноческие степени: через год, 26 марта 1893 года, Великим постом послушник Павел был пострижен в рясофор, в декабре 1900 года, по болезни, пострижен в мантию с именем Варсонофий, 29 декабря 1902 года рукоположен в иеродиакона, а 1 января 1903 года — в сан иеромонаха.

В 1903 году преподобный Варсонофий был назначен помощником старца и одновременно духовником Шамординской женской пустыни и оставался им до начала войны с Японией.

В 1904 году началась Русско-японская война, и преподобный Варсонофий по благословению священноначалия отправился на фронт обслуживать лазарет имени преподобного Серафима Саровского: исповедовать, причащать, соборовать раненых и умирающих солдат. Он сам неоднократно подвергался смертельной опасности.

По возвращении после окончания войны в Оптину пустынь, в 1907 году, отец Варсонофий был возведен в сан игумена и назначен святейшим Синодом настоятелем Оптинского скита.

Келья скитоначальника игумена Варсонофия в Иоанно-Предтеченском скиту, начало ХХ в.

Как в спасительную гавань, стремились паломники в благословенный Оптинский скит к преподобному Варсонофию за исцелением не только телес, но и истерзанных, истомленных грехом душ, стремились за ответом на вопрос: как жить, чтобы спастись? Он видел человеческую душу, и, по молитвам, открывалось ему в человеке самое сокровенное. А это давало возможность воздвигать падших, направлять с ложного пути на истинный, исцелять болезни, душевные и телесные, изгонять бесов.

Дар прозорливости особенно проявлялся при совершении им таинства исповеди. С. М. Лопухина рассказывала, как, приехав 16-летней девушкой в Оптину, она попала в «хибарку», в которой принимал старец. Преподобный Варсонофий увидел ее, позвал в исповедальню и там пересказал всю жизнь, год за годом, проступок за проступком, не только указывая точно даты, когда они были совершены, но также называя и имена людей, с которыми они были связаны. А завершив этот страшный пересказ, велел: «Завтра ты придешь ко мне и повторишь мне всё, что я тебе сказал. Я хотел тебя научить, как надо исповедоваться»…

В 1912 году преподобного Варсонофия назначают настоятелем Старо-Голутвина Богоявленского монастыря. Смиренно просил он оставить его в скиту для жительства на покое, просил позволить ему остаться хотя бы в качестве простого послушника. Но, несмотря на великие духовные дарования старца, нашлись недовольные его деятельностью: путем жалоб и доносов он был удален из Оптиной.

Богоявленский Старо-Голутвин монастырь, Коломна, Московская область 

Мужественно перенося скорбь от разлуки с любимой Оптиной, старец принимается за благоустройство вверенной ему обители, крайне запущенной. И, как прежде, стекается к преподобному Варсонофию народ за помощью и утешением. И, как прежде, он, сам уже изнемогающий от многочисленных мучительных недугов, принимает всех без отказа, врачует телесные и душевные немощи, наставляет, направляет на тесный и скорбный, но единственно спасительный путь…

Здесь, в Старо-Голутвине, совершается по его молитвам чудо исцеления глухонемого юноши. «Страшная болезнь — следствие тяжкого греха, совершенного юношей в детстве», — поясняет старец его несчастной матери и что-то тихо шепчет на ухо глухонемому. «Батюшка, он же вас не слышит, — растерянно бормочет мать, — он же глухой…» — «Это он тебя не слышит, — отвечает старец, — а меня слышит», — и снова произносит что-то шепотом на самое ухо молодому человеку. Глаза того расширяются от ужаса, и он покорно кивает головой… После исповеди преподобный Варсонофий причащает его, и болезнь оставляет страдальца.

Меньше года управлял старец обителью. Страдания его во время предсмертной болезни были поистине мученическими. Отказавшийся от помощи врача и какой бы то ни было пищи, он лишь повторял: «Оставьте меня, я уже на кресте…» Причащался старец ежедневно. Утром, 14 апреля 1913 года, батюшка тихо вздохнул и почил. Лицо его, по словам келейников, приняло выражение необыкновенной кротости, смирения и радости. Святейший Синод и митрополит Московский Макарий благословили похоронить старца в Оптиной, и преподобный обрел упокоение рядом со своим духовным отцом и учителем, преподобным Анатолием (Зерцаловым).

Рака с мощами преподобного Варсонофия Оптинского в храме в честь Владимирской иконы Божией Матери, Оптина Пустынь

Преподобный Варсонофий входит в Собор Преподобных Старцев Оптинских. Подобно им, он был наделен полнотой духовных даров, присущих Оптинским старцам: прозорливостью, чудотворением, способностью изгонять нечистых духов, исцелять болезни. Святой сподобился истинных пророчеств о рае. Его видели на молитве, озаренным неземным светом. По смерти своей преподобный несколько раз являлся Оптинским инокам. В 1996 году схиархимандрит Варсонофий (Плиханков) был причислен к лику местночтимых Святых Оптиной пустыни, а через четыре года Юбилейным Архиерейским Собором Русской Православной Церкви прославлен для общецерковного почитания. Мощи его покоятся во Владимирском храме Оптиной пустыни. По молитвенному обращению к нему преподобный Варсонофий, как и при земной своей жизни, помогает верующим на пути ко спасению. Преподобне отче Варсонофие, моли Бога о нас!

Воинскую славу мирскую оставив и вся яже тленная на земли, к горнему ратоборству востекл еси, силою Христовою свыше одеян и умною молитвою вооруженный, неодолим явился еси, Варсонофие, побеждая духов во брани невидимей, и почести вышняго звания достигл еси. Ныне же с вышними соединивыйся воинствы, охраняй отеческим благословением чад твоих, во еже спастися душам нашим

Стихира на стиховне, глас 6

Материал подготовлен редакцией сайта obitel-minsk.ru

Фотографии из интернета

При подготовке использовались материалы:

1. Преподобный Варсонофий Оптинский. Беседы. Келейные записки. Духовные стихотворения. Воспоминания. «Венок на могилу Батюшки». — Введенский ставропигиальный мужской монастырь Оптина Пустынь, 2009.
2. Преподобный Варсонофий Оптинский / Монастырский вестник.
3. «И жажду утолять духовной жизнью новой…» / Монастырский вестник.
4. Краткое житие старца Варсонофия / Оптина пустынь.
5. Литературное наследие преподобного Варсонофия Оптинского / Оптина пустынь.
6. Иоанно-Предтеченский скит Оптиной пустыни в начале ХХ века (1900–1923 гг.) / Оптина пустынь.

14.04.2026