Дорога к храму

Почему-то очень поздно мама рассказала мне, что первые два года моей жизни прошли в гарнизонном храме Казани. В конце 1950-х пространство храма разделили перегородкой пополам, чтобы поселить там две молодые семьи, таким образом решив больной жилищный вопрос послевоенного времени. Там я научилась ходить, держась за белые церковные стены.

С тех первых шагов и начался мой путь от храма к храму, только с задержкой в десятилетия.

Потом отец служил на Камчатке, и мы с мамой следовали за ним, молодым армейским капитаном. А родилась я в Алатыре — мама для этого приехала на месяц к своим родителям. Потом многие лета я проводила у бабушки с дедушкой. Там я видела старинные белые храмы, их двери были накрепко закрыты, чтобы не просочился «опиум для народа».

Впервые по-настоящему я захотела побывать в церкви, когда увидела в окно поезда прекрасный храм на горе — собор в Смоленске. Отца после Камчатки направили служить в Гродно, и мы ехали в Беларусь, тогда — БССР. Было это в 1966 году, летом. Я попала в Смоленский собор через 40 лет — в 2006 году, во время паломнической поездки с младшим сыном в Троице-Сергиеву лавру…

Как интересно получается в жизни! В Гродно нас с сестрой везли Валентин и Валентина — так звали родителей. А в феврале того же 1966 года под Минском почила Валентина — будущая святая, блаженная. Тогда же проснулась и моя душа, отозвавшись на красоту прекрасного храма. И канонизировали матушку Валентину через 40 лет — в 2006 году. Тогда я стала воцерковляться и попала в Свято-Духов собор на ее прославление. С этого времени начались летние паломничества нашей семьи на могилу святой блаженной Валентины Минской. И в Никольский храм в Логойске.

Крестилась я в 36 лет — таинство Крещения приняли мы с мужем и двумя нашими детьми.

Как все только что пришедшие к вере люди, тем более с мирочувствованием художника, в каждом храме я искала свою тайну, нечто, присущее только этому месту. У неофитов обостренное чувство ожидаемого чуда…

И чудо произошло. Кто-то подсказал: в Логойске есть целебный святой источник. С 2006 года семейные паломничества к нему мы совершали каждое лето. И так получилось, что ехали к источнику, а обрели храм. Старинный храм, который менялся, переживал свое преображение. И всегда в нем было особенно тепло и мирно.

Образом любви Божией для меня навсегда останется встреча со стареньким священником в Логойске, который, благословляя крестом, как-то особо нагнулся надо мной, произнес что-то ласковое лично мне, словно не чужой я ему человек, а любимый и долгожданный…

Мне всегда казалось, что в храмах — святые люди, как этот старенький батюшка Владимир Зимницкий, уже почивший, как и многие другие служители Церкви, прожившие свою земную жизнь плодотворно и ставшие связующими звеньями веры, от предков — к современникам и потомкам. А каждый храм — словно корабль, сохранивший отпечатки времени, — его этапы, через которые сумел проплыть, как корабль по неспокойному морю.

29.04.2026