«Самое важное для меня — служение перед престолом»

На днях в культурном духовно-просветительском центре «Ковчег» нашего монастыря завершилась фотовыставка «Литургия с патриархом», включавшая более 300 фотографий. Один из создателей выставки — заведующий фотослужбой пресс-службы Патриарха Московского и всея Руси иерей Игорь Палкин, клирик домового храма святой мученицы Татианы при Московском государственном университете имени М. В. Ломоносова. А еще отец Игорь — известный фотограф, автор портретов выдающихся людей, создатель нескольких заметных фотовыставок, интересный собеседник, искренний человек.

— Отец Игорь, вы получили педагогическое образование. Доводилось ли вам преподавать?

— Вообще, я не собирался становиться педагогом, поступил в пединститут, потому что куда-то надо было поступить. Никогда не думал, что буду работать в школе, но тем не менее преподавал Закон Божий в гимназии святителя Василия Великого около шести лет и какое-то время был единственным постоянным учителем по этому предмету. Но понял, что школа — не мой формат существования.

— Но вы же любите делиться тем, что Господь вам открыл?

— Делюсь и совершенно ничего не утаиваю: чем больше раздаешь, тем больше приобретаешь. Нет таких профессиональных секретов, о которых бы я не говорил. Только однажды, когда придумал, на мой взгляд, довольно богатый художественный прием, никому о нем не сказал: хотел собрать материал для масштабного представления. Тем временем произошел технический скачок, и мое открытие потеряло смысл. Вычислительная фотография появилась в каждом телефоне и теперь не представляет из себя ничего особенного. Это единственный случай, когда я хотел сперва собрать знания, а потом рассказать.

— Благодаря телефонам фотографов стало больше. Как вы относитесь к тому, что люди делают снимки чуть ли не всех событий в жизни?

— Человек снимает, чтобы записать что-то себе на память. Раньше он делал зарисовки или вел дневники, а теперь открывает ленту фотографий и вспоминает, где и с кем общался, что видел. Мне кажется, это просто форма записи на внешний диск того, что не удерживает оперативная память мозга.

— Сами вы фотографируете при помощи телефона?

— Почти никогда. Хотя, когда только появились мобильные телефоны, наснимал даже на маленькую выставку «Радость простых вещей». В прошлом году ее показывали в Витебске на фестивале «ФотоКрок». Потом около десяти лет возил в машине большой фотоаппарат со штативом и светом, результатом чего стала выставка «Потомки и наследники святых» (до 3 мая ее можно посмотреть в Галерее классической фотографии в Москве). А теперь хожу с очень маленьким фотоаппаратом, и что из этого получится, пока не знаю.

Previous Next

— То есть опцию фотографа вы никогда не отключаете?

— Мне нравится снимать. Для меня это тоже форма памяти и форма исследования, способ лучше понять то, что вижу.

— Можно сказать, что для вас фотография — не работа, а призвание души и потребность?

— Да, эта потребность уже выработалась за более чем тридцать лет. Мне сложно от этого отказаться, но, несомненно, в приоритете — священство и семья. Просто в свободное время я думаю при помощи глаз.

— Вы любите рисовать?

— Рисовать, к великому сожалению, не умею, может быть, оттого и фотографирую.

— Вы часто фотографируете богослужения патриарха?

— Это мое самое ответственное после священнослужения послушание.

— Испытываете ли трепет и волнение на патриаршей службе?

— Несмотря на 14 лет работы в пресс-службе патриарха — да. До сих пор есть трепет, потому что патриарх — не просто мудрый человек почтенного возраста, а предстоятель великой Церкви, обладающий яркой личной харизмой. Это чувствуется, и поэтому всё, что совершается рядом с ним — важно, назидательно, интересно и поучительно. Лично для меня это духовный университет во всех отношениях — богатый и важный жизненный опыт. Плюс, конечно, возможность увидеть то, что я никогда бы не увидел, не будь у меня такого послушания.

— Чувствуется особая благодать Божия, когда Божественную литургию совершают архиереи?

— Чувствуется. Но что касается личной молитвы, честно говоря, когда фотографируешь, молиться большей частью получается только в самой простой форме — благоговеть.

— Вы продолжаете служить как священник?

— Конечно. В первую очередь я священник в домовом храме святой мученицы Татианы при МГУ. Служу свою чреду не меньше, чем другие священники: совершаю богослужения, исповедую, причащаю больных на дому, езжу в больницы. В субботу и воскресенье нахожусь в своем храме и предпочитаю, если есть возможность, быть именно там.

— Отец Игорь, я думаю, что вы как священник видите глубже, чем обычный светский фотограф, лучше чувствуете какие-то нюансы…

— Мне тяжело оценить, насколько я вижу лучше или хуже, чем другие, но, несомненно, если речь идет о тех, кто обратился ко мне как к священнику, они проявляют доверие. Моя же задача — оправдать их доверие, не сделать так, чтобы мои действия навредили человеку. Без разрешения я, например, не публикую фотографии, которые сделал по-дружески, в процессе общения.

— У вас получается увидеть красоту в каждом человеке?

— Не думаю, что всегда получается. В любом случае, со стороны это должно быть лучше видно. Но каждый человек, конечно же, очень красив.

— Что для вас лично значит Пасха?

— Пасха — самый радостный для меня праздник, но это не значит, что каждая Пасха одинаково радостная. Пасхальная радость, которую я пережил на свою первую Пасху, для меня осталась свидетельством настоящего Воскресения Христова и отблеском той вечной жизни, той радости, которой мы все сподобились. Я не могу этого забыть, даже если это не повторяется. Ту Пасху я пережил, будучи прихожанином своего Татианинского храма. Господь посетил меня такой вот радостью.

— То есть можно сказать, что Пасха не заканчивается через сорок дней, а может длиться годами?

— Память об этом — мое самое яркое духовное впечатление.

— Вы как творческий человек сталкивались когда-нибудь с выгоранием?

— У меня нет задачи не выгорать. Фотография занимает большую часть моей жизни и очень мне нравится, но это не то, что я считаю по-настоящему важным.

— А что тогда важно?

— Для меня самое важное — служение перед престолом. Вот тут важно не выгореть и всегда оставаться внимательным и чутким, молиться. А с фотографией — сегодня выгорел, завтра опять загорелся — я не расстраиваюсь. В пресс-службе, когда мне не хочется работать, я понуждаю себя делать то, что должен и формально сделаю это хорошо, потому что приобретенного мастерства хватит. Но всё равно надеюсь, что Господь как-то поддержит и пошлет лучи света и улыбку какого-то человека, который оживит то, что ты делаешь.

— Третья неделя по Пасхе посвящена Женам-мироносицам. Что вы думаете о роли женщины в Церкви?

— В IХ веке византийский император Феофил выбирал себе будущую супругу. По обычаю перед ним стояли претендентки. Он должен был дать золотое яблоко своей избраннице. Дойдя до девушки, которая ему понравилась, он отдал ей яблоко со словами: «Всё зло от женщин». Она же, приняв яблоко, ответила: «И всё добро от женщин». Он имел в виду Еву, а она — Божию Матерь. Император посчитал ответ слишком умным и дерзким, забрал яблоко и отдал другой. А отвергнутая невеста ушла из мира, основала монастырь и стала автором многих духовных песнопений. Некоторые из них до сих пор звучат в нашем богослужении. Вот так всё переплетено в жизни (улыбается).

— Как вы относитесь к тому, что женщины пользуются косметикой, чтобы выглядеть лучше?

— В том, чтобы выглядеть привлекательно, по-моему, нет греха. Господь так устроил, чтобы мужчины и женщины тянулись друг к другу, радовали друг друга в том числе и красотой своей. И царь Соломон в Песни песней прекрасно рассказывает о необходимости, важности и значимости обычной человеческой привлекательности, которая нам Господом дана для того, чтобы мы друг другу просто были симпатичны. Ничего, по-моему, плохого в этом нет.

— Иногда новоначальным кажется, что в храм необходимо ходить в темных одеждах и не привлекать внимания…

— Есть разные пути для каждого человека. Важно, что скажет духовник, какой жизненный путь этому человеку по душе и по силам, потому что всё очень индивидуально. Любым путем можно пойти. Знаем, что любящим Бога… всё содействует ко благу (Рим. 8: 28).

— То есть главное не внешнее, а внутреннее?

— Несомненно. Как сказал святой апостол Петр: Да будет украшением вашим не внешнее плетение волос, не золотые уборы или нарядность в одежде, но сокровенный сердца человек… (1 Пет. 3: 3, 4).

Беседовала Елена Романенкова

Фотографии Татьяны Амелиной и из личного архива о. Игоря Палкина

30.04.2026