«Иногда страдание — это поиск истинного смысла»

Вполне здоровый юноша учится в московском вузе, занимается футболом, но однажды бросает учебу, возвращается к родителям, ложится на кровать, отворачивается к стенке и объявляет: «Жить не хочу».

Такой случай из практики вспомнила в интервью нашему сайту известный психолог и публицист Ирина Медведева. Ирина Яковлевна снова приезжала в наш монастырь, чтобы принять участие в II духовно-просветительском форуме для педагогов «Златоуст», который 13–14 февраля прошел в «Ковчеге».

На этот раз мы побеседовали с Ириной Яковлевной на злободневную тему — подростковые депрессии. Специалист рассказала нашему корреспонденту о вымышленных и истинных депрессиях у молодежи, объяснила, почему не стоит сразу хвататься за антидепрессанты, а также поделилась своим видением, кто виноват в проблеме буллинга и почему взрослые потеряли авторитет у детей.

— Ирина Яковлевна, депрессии у молодежи и подростков диагностируют всё чаще. С чем вы это связываете?

— Подростковые депрессии часто бывают вымышленными. В интернете детей «натаскивают» на то, что они должны тяготиться этой жизнью, что в ней нет ничего хорошего, что в семье, вокруг — везде плохо. Это фактически искусственное побуждение к самоубийству. Но большинство подростков еще все-таки обладают витальной силой (витальный — от лат. vitalis — «жизненный». — Ред.). Им не хочется уходить из жизни, даже когда их агитируют недружественные взрослые.

Антидепрессанты снимают уныние временно, но действуют так, что человек перестает себя узнавать. Приведу пример из своей жизни. В двадцать лет я вышла замуж, родила ребенка, и всё было хорошо, а мне не хотелось просыпаться. И никто не понимал, почему. Психиатр прописал три препарата. Депрессия начала проходить, но я перестала себя узнавать. И через три дня прекратила принимать лекарства, предпочтя страдание.

Взрослые, как и врачи, могут принимать за подростковую депрессию здоровое уныние, связанное с поиском смысла жизни и тревогой оттого, что его нет.

Сегодня молодежи предлагают рептильные радости (рептильный — угодливый, продажный. — Ред.). И дети сначала вроде бы счастливы, а потом приходит печаль, потому что эти суррогаты их не наполняют.

В моей практике был случай. Родители из провинции привели на консультацию сына. Он был здоровым, любил футбол, учился в московском вузе. А тут приехал домой и сказал, что бросил учебу. Отвернулся к стенке и лежит… Папа с мамой решили его лечить.

Я увидела, что у мальчика очень живые глаза. Значит, это не настоящая депрессия. Но он грустил. В юношеском возрасте такое часто бывает из-за несчастной любви. Мы поговорили. В разговоре парень сказал, что его очень интересуют труды Камю, и посмотрел на меня вызывающе. «Жан-Поля Сартра ты еще не читал? — спросила я у него. — А христианских экзистенциалистов?» Мы вспомнили еще несколько имен, и он очень оживился. Я поняла, что юноша не мог найти собеседника по этой теме. Рассказала ему, что тоже читала религиозных философов и писателей. Все думали, будто я заболела. Мне не хотелось жить, потому что все предлагали пирожные, но никто не сказал про хлеб. Хлеб — это Евангелие. «Знаешь, как прекрасно, когда находишь дорогу в Отчий дом, к Богу!..» — говорила я тогда парню. К счастью, он ее нашел и теперь учится в семинарии.

Хочу обратиться к родителям. Не спешите вести ребенка к врачу и давать ему антидепрессанты. Возможно, у него тоже здоровое страдание, поиск истинного смысла, Бога.

— В семье складываются определенные паттерны общения, иногда негативные, и ребенок, вырастая, переносит их во взрослую жизнь. Например, мама кричит — дочь копирует ее поведение уже по отношению к своим детям, сама того не желая. Как не допустить повторения негативного сценария?

— Мне кажется, дети во взрослом возрасте не обязательно повторяют привычки родителей. Мне известны обратные истории. Например, в семье мама и папа кричали, а дети говорят тихим голосом, потому что помнят, как это мешало им жить.

Не надо думать, что всегда всё происходит бессознательно только по подражанию родителям. Если сознание развито, человек может свое бессознательное желание купировать, что-то нехорошее оставить.

Но если есть такая проблема, я посоветовала бы родителям всегда говорить тихо. Тихим голосом очень тяжело произносить грубые слова. И этой привычки у детей не будет.

— Всё чаще сегодня говорят про отрицательное влияние соцсетей на подростковую психику. Всегда ли это зло и можно ли его обратить во благо?

— Не нужно задаваться целью любое зло обращать во благо. Соцсети — зло тотальное. Психиатрическая больница, где я начинала свою карьеру клинического психолога, битком набита зависимыми от соцсетей и компьютерных игр. И этот новый вид зависимости — пристрастие к интернету — очень опасен. Электронную игрушку нужно полностью отнять у ребенка, потому что по своей воле невозможно оторваться от объекта зависимости. Какое-то время, конечно, будет ломка, поэтому важно поскорее дать зависимому что-то реальное.

Здоровое времяпровождение — это не обязательно какой-то кружок или секция. В детстве мы просто играли во дворе с ребятами. Дружить с ровесниками очень полезно. Реальность так прекрасна!

Сейчас родителей убеждают, мол, не надо ничего делать насильно, всё следует объяснять. Но как можно объяснить зависимому, что он погибает? Ведь он привык, нажимая на кнопки, общаться с виртуальной реальностью, не напрягаясь. А в обычном общении надо думать, чувствовать, проявлять заботу и внимание.

— Зависимость от интернета развивается даже у правильных пользователей?

— Правильно пользоваться могут взрослые люди, и то мы видим, как сначала они идут за информацией, которая, например, нужна для работы, а потом не могут оторваться от экрана. Что уж говорить про ребенка…

— Проблема детской агрессии и буллинга тоже связана с активным использованием интернета?

— Буллинг — это по-русски «травля». Травля была всегда, но не в таких масштабах.

Сегодня учителя делают вид, что этого не происходит, — вот что ужасно. Хулиганов не останавливают или сваливают всю вину на жертву. Очень часто приводятся самые нелепые аргументы в оправдание тех, кто травит. Например, пятнадцатилетняя девочка не виновата — ее мама устраивает личную жизнь, не обращает внимания на подростка. Простите, разве мать дылды не имеет права на личную жизнь?

Общая тенденция — обвинять жертву и защищать палача. Педагоги боятся, что хулиган пожалуется на ущемление прав ребенка. Но учителям нельзя терпеть травлю слабого, а родители хулиганов должны укротить своих детей. В противном случае, мамы и папы, вы не только причиняете вред слабому, а прокладываете своему ребенку путь в колонию.

— Кто уязвим перед травлей?

— В основном те ребята, которые не умеют драться. Это хорошо воспитанные дети. Они не хотят никому причинять боль.

Выбирают тихого ребенка с заячьей душой, которого надо и закалять, конечно, но и оберегать от хулиганов. Нельзя позволять, чтобы над ним издевались. Подло, когда нападают на слабого.

— Что еще сегодня особенно разрушительно действует на психику ребенка?

— Самая большая проблема — это трусость взрослых, потому что они перевернули иерархическую лестницу с ног на голову: подчиняются детям, а не дети — им. Это вызывает множество разных бед, и не только распущенность детей, которым не делают замечания, не наказывают. Когда говорят о том, что с детьми надо общаться на равных, они делают вывод, что взрослые просто слабые; жизнь вокруг катастрофична, а такие взрослые не способны их защитить. Кто в глазах ребенка перестает быть авторитетом, тот перестает быть и защитником.

— Детей, скорее, настраивают на лидерство, а не на благородство. Как быть?

— Настраивание на успех — это формирование невроза. «Надо быть лидером, надо быть успешным, надо быть конкурентным» — учат взрослые. Родителям важно понять, что благородство и конкурентность — полярные вещи. Поэтому надо выбирать. Думаю, что нормальные родители должны предпочесть благородство. Тогда и психика налаживается. Нравственное воспитание очень полезно, потому что у человека в глубине души есть некий образец нормы. «Каждая душа — христианка», — учил нас теолог Тертуллиан. И вот это надо актуализировать в ребенке — совестливость. Или, как говорил русский философ Иван Ильин, совестливую впечатлительность.

Беседовала Ольга Косякова

Фотографии Максима Черноголова и из интернета

19.02.2026