Еще один день, еще один свет…

Посвящается отцу Илиодору и всем, служащим Богу

Как говорит один блогер, «начнем издалека». Господь, бывает, открывает через какую-то личность пример, как и тебе поступать, выживать и получать благодать. Этой личностью для одного нашего брата стал отец Илиодор.

На сайте Оптиной пустыни об иеродиаконе Илиодоре есть такая запись: «На протяжении тридцати лет отец Илиодор всего себя отдавал служению людям. Он стал духовным наставником огромного количества священников, монахов и мирян. Многие паломники знали этого энергичного большеглазого человека, всегда спешащего кому-то помочь…»

Вообще, про отца Илиодора довольно много написано, поэтому к доброй его памяти хочется поведать еще и о других жемчужинах в нашей любимой Церкви, ведь, полюбив однажды, от этого уже не избавиться. Невольно вспоминается еще один свет, явленный в человеке, который тоже связан с Оптиной пустынью.

Разговорились недавно за чайком с семинарским братом Георгием о жизни, и разговор невзначай коснулся Оптиной. Наши монастырские братья не раз там проживали в свои трудные периоды. У Георгия с Оптиной пустынью связана своя история.

В первый его приезд туда (году в 2010-м) Георгия отправили на «елисейские поля». Вроде не Париж, а поля «елисейские». Оказалось, названы они так по имени монаха, который занимался огородами — отец Елисей.

— Встретившись с этим монахом, за разговором поделился немножко своими жизненными проблемками. А отец Елисей и говорит: «Давай помолимся сейчас об этом с тобой». Прямо тут начали молиться, и так хорошо стало. Моей души коснулась благодать. Я подумал: «Как же светло рядом с таким человеком».

Несколько слов о самом Георгии. С ним мы познакомились в семинарии. На сессии у заочников организовываются замечательные компании: обсуждаем учебу, как сдавать экзамены здоровым дядькам, судорожно дозапоминаем какие-то крохи по предметам. Немного говорим и о жизни. Помню, все смеялись, когда брат Георгий рассказывал, как он служил в милиции и, когда увольнялся, подумал: «А что я умею? Дубинку держать да ею махать» (смеется). Пристроился при храме и там за семерых и то делает, и это.

Сейчас Георгий приехал в Минск на курсы по альпинизму, которые ему нужны для высотных работ, чтобы прокормить семью. Пока близко человека не узнаешь, трудно составить сколько-нибудь верное представление. Часто за обычными людьми, которых мы встречаем в жизни, стоят удивительные судьбы. У Георгия — семеро детей. Было восемь, один ушел ко Господу, наверное, молится сейчас за остальных, как их восьмое маленькое чудо, которое новой звездочкой на небе смотрит на них и радуется, что они вместе…

Вернемся в Оптину. Георгий еще несколько раз туда приезжал — отца Елисея к тому времени уже постригли в схиму с именем Евфимий. И каждый раз с любовью схимник его принимал.

Вообще, схимонах Евфимий жил в скиту, и, бывало, как ему до трапезной идти — так небольшое это расстояние целых полчаса занимало. По дороге народ его окружал со всех сторон, все жаждали поделиться своими проблемами, озадачить вопросами. А он, осажденный людьми, спокойно всем отвечал, и потихоньку двигался к трапезной.

Такая благообразная, даже в чем-то умилительная картина — монах-схимник в окружении народа, никого не оставляющий без внимания.

— В каждый мой приезд он радушно встречал, препровождал в скит — вдохнуть благодатного воздуха, погрузиться в окружение скитское, — продолжает Георгий. — А потом и в келью приглашал, где пили чай, общались. На дорожку целую сумку собирал, полную всякой всячины. На прощание и денежку всучит так, что не откажешься. На эти денежки купил дочке гитару…

Кажется, что таких святых огоньков мало, но это только на первый взгляд. Когда есть «один в поле воин», тогда появляются и другие. У нас в обители тоже зажигаются свои огоньки. Приведет Господь — еще поговорим и о них.

14.01.2026