X По авторам
По рубрике
По тегу
По дате
Везде

«Отец любил вспоминать День Победы»

парад победы

Борис Михайлович Пенчук — военный дирижер, народный артист БССР, профессор консерватории и композитор, прожил долгую (90 лет), насыщенную жизнь, самым ярким моментом которой было участие в Параде Победы на Красной площади в 1945 году. Тогда молодой офицер Борис Пенчук руководил одним из 38 духовых оркестров.

В последние годы жизни Борис Михайлович исповедовался и причащался Святых Христовым Таин. Его духовно окормлял клирик нашего монастыря иерей Валерий Захаров. Мы встретились с дочерью героя, прихожанкой нашего монастыря, Ниной Борисовной Кутлуниной, чтобы вспомнить, каким человеком был ее отец.

— Отец родился 15 мая 1918 года в городе Анапе. Его мать была из Петрограда из интеллигентной семьи и являлась тонкой натурой, образованной и глубоко верующей. Со своим мужем (моим дедушкой) познакомилась, когда он учился в консерватории на капельмейстера. Михаил Пенчук был из семьи кубанских казаков. Он умер от тифа совсем молодым, я видела его только на фотографиях. Чувствуется, что это был человек внимательный и отзывчивый.

 

старые фото

После смерти мужа моя бабушка с двумя малолетними детьми (папе было два года, а его сестре — шесть лет) вернулась в Петроград и чуть позже вышла замуж во второй раз. У ее мужа был дом в Вырице, и они там жили. Мой папа говорил, что всегда чувствовал молитвенную помощь своей мамы и отца Серафима Вырицкого, с которым он был знаком с детства.

— Когда Борис Михайлович понял, что музыка — его призвание?

— Отец с ранних лет тянулся к музыке. Рассказывал, что мальчишкой бежал за оркестром, когда слышал звуки духовых инструментов. В подростковом возрасте он поступил на работу на Путиловский завод и стал учиться играть на трубе в оркестровом кружке. Со временем стал солистом-трубачом оркестра. Потом продолжил обучение в музыкальном училище и консерватории.

— Диплом об окончании Ленинградской консерватории Ваш отец получил в июне 1941 года…

— Сразу после окончания консерватории отец ушел на фронт. Его направили в Курган, где молодой дирижер должен был собрать оркестр. В военкомате он спрашивал призывников, кто из них умеет играть на музыкальных инструментах. Многие записались, уверяя, что у них есть и талант, и слух. Позже оказалось, что большинство из них не только не держали в руках инструменты, но и в глаза их не видели. Другой человек разогнал бы врунишек, а отец умудрился сделать оркестр с репертуаром. Они выступали на передовой перед красноармейцами и офицерами, чтобы поднять боевой дух. Иногда концерты проходили под обстрелом.

Еще в начале войны папа был ранен в руку. Молодой хирург, узнав, что его пациент — дирижер, приложил всё свое умение, чтобы спасти руку. Отец был так ему благодарен и жалел лишь об одном — что не узнал имя врача. Это одно из многих чудес, о которых он потом рассказывал. Он вообще был под Божиим покровом. Однажды они с музыкантами на ночь остановились в каком-то хлеву. Их стали заедать насекомые, и отец приказал всем выйти из помещения. Спустя несколько минут в сарай попал снаряд… Папа говорил: «Это моя мать молилась и отец Серафим». На войне такие случаи с ним происходили не однажды. Папа верил в Бога и, хотя внешне не выказывал себя верующим человеком, поступал как настоящий христианин: был честным, порядочным, чутким.

— Ваш отец был единственным из белорусских дирижеров, кому довелось принять участие в Параде Победы. Как об этом рассказывал Борис Михайлович?

— Парад Победы состоялся 24 июня 1945 года. Отец любил вспоминать тот день и был благодарен Богу за то, что принял участие в таком знаменательном событии. Это была очень большая честь, потому что участвовать в параде могли только самые достойные и надежные люди. В сводном оркестре тогда играли 1 313 человек. Отец был дирижером одного из 38 оркестров, участвовавших в этом историческом событии.

Командование сводным оркестром возглавлял генерал-майор Семен Чернецкий. Сложностей было много. Во-первых, в тот день в Москве с утра лил дождь, и барабанщикам приходилось бегать в ГУМ сушить барабаны. Во-вторых, Красная площадь огромная и имеет сложную акустику: пока звук долетал с одного края до другого, проходило несколько секунд. Всё это надо было учитывать.

— Как Борис Михайлович встретил свою жену Людмилу Михайловну?

— Они познакомились еще в мирное время. Отец играл в саду отдыха, а мама там часто танцевала. Яркая и задорная, она привлекла к себе внимание молодого дирижера. Когда началась война, мама осталась в блокадном Ленинграде. Они переписывались. Затем маму эвакуировали, с отцом они встретились и поженились в 1943 году.

Папа очень любил маму. Он не мог без нее прожить и три дня. Когда они разлучались, первый день он бодрился, на второй — начинал переживать, на третий — садился в машину и ехал к ней. Мама была неординарным человеком — кладезь юмора, выдумщица, душа компании. Всё, за что бы она ни бралась, у нее выходило хорошо.

— В 2014 году на здании по адресу Карла Маркса, 8 повесили мемориальную доску, на которой написано, что здесь жил Борис Пенчук. За какие заслуги его удостоили такой чести?

— Отец приехал в Беларусь в 1961 году после пяти лет жизни в Венгрии. Его назначили дирижером оркестра штаба Белорусского округа. В то время здесь в военных оркестрах играли устоявшийся репертуар. Его заслуга в том, что он в основу праздничной оркестровой музыки положил лучшие произведения — как народные, так и авторские, созданные на белорусской земле. Он брал мелодии известных композиторов, таких как Оловников, Тикоцкий, Лученок, Богатырев, Семеняко, и укладывал их в форму оркестровых произведений. Таким образом он создал новый репертуар для духовых оркестров.

— Как Борис Михайлович сочинял музыку?

— Утром он убегал на репетицию, а потом возвращался домой и постоянно что-то насвистывал. У отца был хорошо развит внутренний слух. Думаю, что он сочинял везде. Даже когда держал на руках своего внука, всё время насвистывал мелодии. Еще интересно, как он репетировал. У нас окна квартиры выходили на сторону стадиона «Динамо». Там репетировали духовые оркестры, и я всегда слышала, там мой папа или нет, потому что его музыка очень отличалась от музыки других дирижеров. У его оркестра было совершенно другое звучание, более вдохновляющее.

 

подполковник

— Ваш отец был требовательным дирижером?

— Ребята рассказывали, что он всё слышал — кто играет, кто не играет, поэтому филонить у него не получалось. Сам он тоже не давал себе слабины, всегда был чем-то занят, никогда не проводил время праздно. Вставал очень рано и шел на работу. Ездил по разным точкам, где находились оркестры. Ел быстро, никогда не рассиживался за столом, потом шел к своим партитурам. Писал, насвистывал, иногда играл на пианино.

 

ветеран

— Была у него какая-то цель в жизни?

— У отца была музыка и его работа, и он полностью выкладывался. Он работал до глубокой старости. В компании была такая шутка: «Сегодня доложили из ставки, для Бориса не будет отставки». Отец служил сверх всех сроков, но оставался бодрым и активным. Ему долго не предоставляли отставку. Кроме службы в армии, папа всю жизнь преподавал сначала в музыкальном училище, потом в консерватории. Был доцентом и профессором. Очень много делал: организовывал конкурсы, «поднимал» оркестры из глубинки, помогал создавать оркестры, многих опекал, ездил на конкурсы и на фестивали по всей Беларуси. Он всё время был в движении. Каждый вечер был на концерте в филармонии или в оперном театре.

Папа очень любил жизнь. Был расположен к природе. Знал всех птиц и по названию, и по голосам. Умилялся, когда в лесу видел белочку, любил собирать грибы. Он наслаждался красотой природы, картин, музыки.

— Полюбил ли Борис Михайлович нашу страну?

— Думаю, что да. Ему здесь было хорошо, потому что здесь был Петр Машеров. Они очень близко общались. Петр Миронович был человечным и высококультурным. В то время отец находился в эпицентре всей культурной деятельности республики и ее праздников. Тогда проходили юбилеи — 50-я, 55-я и 60-я годовщины революции, другие памятные даты. На улицах устраивались огромные торжества. Отец всё время был среди тех людей, которые планировали, где и что будет звучать, куда пойдут колонны и так далее.

— Иногда новое принимается в штыки, было ли какое-то сопротивление инновациям Бориса Пенчука?

— Наоборот, все как-то радовались и удивлялись, что он приехал, и сразу у людей появились звания, нуждающиеся получали квартиры. Он видел всех и у каждого музыканта интересовался, какие у него нужды, как он живет. Отец любил людей и незнакомых встречал как знакомых, старался помогать чем мог.

Был такой случай. Однажды парад проходил в декабре. На улице стоял мороз. В мероприятии принимали участие кадеты Минского суворовского училища, совсем еще дети. Все мерзли на улице, но был дан приказ никого не пускать в Дом офицеров. Под свою ответственность отец разрешил ребятам всё свободное время находиться в здании. Он нарушил приказ, чтобы уберечь мальчишек. Сам он тогда сильно замерз и получил воспаление легких.

Люди очень ценили его доброту и профессионализм. Я как-то стояла на остановке, подошли оркестранты и стали говорить об отце с таким восторгом!..

Отец преподавал оркестровое дирижирование. Ученики его тоже любили и все очень уважали, каждый с ним раскланивался. Если мы вместе шли по проспекту, к нему подходили люди и благодарили, говорили, какое восхищение испытали во время парада.

Еще он был первооткрывателем. Кроме игры на духовых инструментах, его музыканты в какой-то момент начинали петь. Это очень впечатляюще и всегда восхищало слушателей.

— Я однажды была на концерте, где дирижировал Ваш отец. Когда он выходил на сцену, люди распрямляли плечи.

— Да, я сама много раз наблюдала, как зрители вдохновлялись, когда отец становился у пюпитра. Было ощущение, что они становятся лучше. У него была харизма. По натуре он был лидером. На радио сохранились записи выступлений его оркестра. Музыка в его исполнении проникает в каждую клетку организма и вдохновляет.

— Последние полтора года жизни Ваш отец вынужден был лежать в связи с переломом шейки бедра — врачи уже не рискнули его оперировать. Но вынужденное лежание не сломило его, а открыло новые возможности для духовного роста.

— Отец застал то время, когда Церковь была внутри людей. На Пасху, конечно, красили яйца и пекли куличи, но ходить в храм он не мог. По милости Божией он сподобился приобщиться церковных таинств в последние годы жизни. Отец Валерий Захаров, клирик Свято-Елисаветинского монастыря, несколько раз исповедовал и причащал моего отца.

Беседовала Елена Романенкова

Фотографии из личного архива Нины Кутлуниной

03.07.2024

Просмотров: 374
Рейтинг: 5
Голосов: 10
Оценка:
Выбрать текст по теме >> Выбрать видео по теме >>
Комментировать