X По авторам
По рубрике
По тегу
По дате
Везде

«Через нас Господь дает благодать воинам» (часть 2)

братья из Оптиной

Иеромонах Максим (Жилинский) и иеродиакон Тарасий (Чич) продолжают свой рассказ о том, как они окормляют участников Специальной военной операции в полях Донбасса.

 

— Говорят, все мы под Богом ходим. На войне, наверное, это еще очевиднее?

Иеромонах Максим: Одного священника из нашего монастыря пригласили по госпиталям проехать. Он направлялся в походный госпиталь, расквартированный под Бахмутом. Должен был четко ко времени туда приехать. Но отправление задерживали. Монах нервничал: «Что ж такое, пора, пора». А когда приехал на место — госпиталь горит. «Хаймарсы» прилетели. И священник понимает, что, если бы не задержка в пути, он бы уже тоже горел. Действительно, здесь мы видим, насколько всё Богом управляется. Маловажных вещей на войне не бывает. Человек должен быть очень внимательным к себе и происходящим событиям.

 

Иеромонах Максим

— Война может как расчеловечить, так и очеловечить. От чего это зависит?

Иеромонах Максим: Как и любая скорбь, война может привести к Богу или озлобить на весь мир. От чего это зависит? От человека. В любых обстоятельствах, Богом посылаемых, дается и благодать их перенести. Но что мешает благодати войти в сердце? Неприятие ситуации, креста, который посылается человеку во спасение, и надламывает его, а может и вообще раздавить. И на Страшном суде, когда человек начнет предъявлять Богу: «Господи, за что ж Ты мне такие страдания дал?», Господь скажет: «Обернись». И человек увидит себя стоящим в той ситуации и благодать Господа, которую он не захотел принять. На войне много таких случаев, и многое определяется произволением человека. Если он хотя бы теоретически согласен понести то, что с ним случилось, Бог дает силы. Священник через пастырскую беседу, таинства сообщает верующему благодать Божию. Евангелие говорит: Невозможное человекам возможно Богу (Лк. 18: 27). Мы видим пример исповедников наших и новомучеников. Если кто-то жития святых открывал, то там от одного чтения мурашки по коже побегут. Как же можно было такое переносить? Конечно, с Божией помощью.

— Видела ролик, в котором солдат ВСУ читает «Отче наш». И там, и тут в бой идут с молитвой. Молятся матери с обеих сторон. И задаешься вопросом: а с кем же в этой ситуации Бог?

Иеромонах Максим: Мы сейчас пытаемся к какой-то системе привязаться… Бог с любым верующим человеком. Не важно, в каких рядах он будет — ВСУ или российской армии. Мы же не можем сказать, что все вэсэушники сплошные нацисты, негодяи, подлецы. С одним человеком разговаривали. Он занимается обменом военнопленных и возвращением погибших, общается с командиром ВСУ. Тот очень уважительный, просьбы все выполняет. Некоторые пленные из рядов ВСУ воюют теперь на нашей стороне, освобождают свою страну от нацизма. Там тоже много людей хороших, которые понимают, что происходит, но, к сожалению, в силу обстоятельств поставлены в такие условия, что иного выбора у них нет. Их мобилизовали, дали автомат: «Если попытаешься удрать, расстреляем». Что солдату в этой ситуации делать? Конечно, нам легко рассуждать, мол, вот он за правду должен бороться. Но ведь у них тоже семьи есть…

 

Иеродиакон Тарасий

Иеродиакон Тарасий: …А там угрожают: «У тебя семья, дети, ты подумай о них». Вэсэушники напичканы дезинформацией, что русские — деспоты. Получается, и назад невозможно вернуться — свои же пристрелят, и сдаваться нельзя, потому что неправды наговорили. К сожалению, приходится воевать. Но не так много на той стороне тех, кто хотя бы примерно представляет, что происходит на самом деле. Я думаю, там намного меньше искренне молящихся. В основном там далеко отошедшие от Бога люди. Фашизм там цветет пышным цветом: находят свастики «азовские», козлиные головы — это говорит об обрядах сатанинских, которые совершались в местах их расположения. Человеческого там не остается, расстреливают, насилуют.

— Что вас особенно поразило в бойцах российской армии?

Иеромонах Максим: Сколько мы ездили, нигде не видели ненависти в военных к своим оппонентам. Я сначала сомневался, не везде же бывали. Потом мне случайно прислали запись британского корреспондента. Он решил с нашей стороны посмотреть, что происходит. И вот удивляется: «Я у вас проехал по всему фронту и практически нигде не увидел ненависти». Значит, правильно я думал.

Когда твоих друзей убивают, первая естественная реакция — мстить. Конечно, там есть такая реакция, но без озлобленности. Тренда изничтожить всех нет. И это радует. На ненависти далеко не уедешь. Она может быть сиюминутным катализатором, но, если человек постоянно в ненависти пребывает, она начнет его разрушать. А с той стороны мы видим ненависть жуткую, озлобленность страшную.

Иеродиакон Тарасий: Наши ребята сами говорят, что в любой ситуации главное — оставаться человеком. «Война войной, но мы не должны уподобляться немцам (так они называют противника). Мы воюем за правду, за Родину. И если будем делать, как они делают, чем тогда мы лучше, за что тогда мы воюем?» Поэтому воины не допускают ненависть к сердцу. К пленным относятся с сожалением. Принимают как братьев. Кормят, одевают, звонят их родственникам. Теплый прием ломает стереотипы вэсэушников.

 

монахиня записывает беседу

— Целью часто становятся медики с обеих сторон. Как это совмещается с тем, что нужно оставаться прежде всего человеком?

Иеромонах Максим: К сожалению, мерять войну общехристианскими мерками не всегда уместно. Не всё так гладко получается. Была русско-финская война, когда ДРГ начали проникать на советскую территорию и уничтожать советские госпитали. И наш генерал, чтобы это прекратить, сделал аналогичную акцию, когда наши группы проникли на финскую территорию и уничтожили госпиталь. После этого нападения на советские госпитали прекратились. В таких ситуациях воины вынуждены зеркально отвечать.

Иеродиакон Тарасий: Надо иметь в виду, что при этом речь идет не о тех врачах, которые лечат солдат. Мы имеем в виду эвакуационные группы, которые выходят раненых забирать с поля. А та сторона взрывает даже бригаду «скорой», которая оказывает помощь мирному населению. Наши, слава Богу, сохраняют человечность и просто так «скорую», которая везет раненого в госпиталь, не бомбят. Украина часто это делает. И бесчеловечность, которую проявляет та сторона, уже не вписывается ни в какие военные правила. Даже, наоборот, их приоритетная цель — добивать группы, которые выходят, чтобы спасти раненых. Они специально делают так, чтобы были раненые, чтобы за ними вышло больше людей, чтобы побольше уложить. Вот конкретный случай. Дело было в Донецке в октябре. ВСУ ударили по жилому кварталу. Над этим местом висел вэсэушный беспилотник. И когда на помощь мирным жителям приехали МЧС, «скорая», всушники сделали новые сбросы. Все врачи погибли. Это при нас было.

Иеромонах Максим: Уничтожают людей, не имеющих никакого отношения к комбатантам. Зачем это делать? Вот вопрос. Мы не можем понять.

— Некоторые говорят, что съездить в зону СВО — всё равно что побывать на Афоне или на Святой земле. Согласны?

Иеромонах Максим: Это проповедь такая была епископа Скопинского Питирима (Творогова). Он туда часто ездит, молодец. И вот сказал: «Там внешне ад: всё взрывается, смерть, кровь, убийства, несчастья, слезы, плачь, а смотрю в глаза солдат и вижу рай внутри. А когда приезжаю из зоны СВО, вижу вокруг рай: дети играют, птицы щебечут, молодые пары по парку гуляют, а заглядываю в глаза людей и вижу ад, потому что живут они в грехе». Конечно, знаково он выразил то, что там есть, потому что там особая благодать Божия. Знамение этой благодати — мироточение иконы Божией Матери «Донецкая». Она мироточит так, что целые стаканы чудотворного миро набирают. Обычно мироточение — это несколько капелек через какое-то время. О чем это свидетельствует? Что Божия Матерь присутствует там. Конечно, Она молится, и Ее предстательством Господь помилует землю русскую.

Но нужно всеобщее покаяние. Всегда через покаяние освобождалась земля русская от ига захватчиков. И всегда раздробленность захватчиков и привлекала. Орду монголо-татарскую что привело? Раздробленность. Вот если бы мы на тот момент единым фронтом выступили, может быть, Орда бы нас и не захватила. А когда междоусобная брань была, на стороне Орды выступала часть князей. То же самое и сейчас с нами сделали наши враги — раздробили Русь единую. Сейчас с ордой западной идет князь украинский. Но это всего лишь следствие, а причина какая была? Греховность русского народа и отсутствие покаяния. А когда под этим игом пожили, покаялись и увидели чудеса, которые были явлены через Дмитрия Донского и других объединителей русских земель… И теперь внешняя война — производная от внутреннего состояния общества в целом, которое живет очень греховно: аборты, блудная жизнь людей, колдовство. Особенно если взять мегаполисы — Москву, Санкт-Петербург. По исповеди мы видим, как у людей через одного были опыты обращения к инфернальной силе: кто гадал, кто духов вызывал. Насколько это всё мерзко перед Богом! Грех этот суммируется, аккумулируется и рождает такие вот глобальные последствия для всего народа. В первую очередь нам надо каяться, к Богу внутренне направлять свои стопы, к Божией Матери. Конечно, веруем, что, когда Божий гнев закончится, Господь нас помилует.

 

братья из Оптиной пустыни

— Что в идеале должно произойти с обществом, чтобы СВО закончилась? Каждому нужно прийти в храм? Как вы это видите?

Иеромонах Максим: Раньше на Руси говорили: праведником город стоит. Как Авраам с Богом разговаривал о разрушении Содома? «Господи, если Ты найдешь там десять праведников, то что ты сделаешь?» Господь ответил: «Если Я найду в этом городе хотя бы десять праведников, то не разрушу его». И если, наверное, эти десять праведников исчезают, то мы видим, что в итоге происходит. Поэтому если та часть населения, которая способна покаяться, покается и придет к Богу, Господь помилует города.

В целом народ русский должен взять вектор правильный — не к Западу, а к своей самобытности. Святитель Феофан Затворник в одном письме очень хорошо написал: «Бог всегда наказывал русский народ тем, к чему он прилипал. К французам прилип — 1812-й год получил». Если продолжить эту мысль: потом немцами увлекся — 1914-й настиг. И здесь мы опять увлеклись — Америкой, Западом, поэтому и наказуемы. Бог очень промыслительно действует. И если мы хорошо будем знать свою историю и понимать, какие ошибки были допущены нашим народом в предшествующее время, то, возможно, не повторим их в будущем.

— Епископ Питирим, которого вы упоминали, сказал также о том, что монахи не особенно рвутся на фронт, и это правильно. Главный подвиг — молитва в монастыре…

Иеромонах Максим: Здесь баланс должен быть. Мы едем раз в полтора месяца на 10–14 дней. Понимаем, что это оптимальный график, который позволяет нам молиться и помогать деятельно. Помните, Бог не отвергает ни Марфу, ни Марию. Конечно, если мы говорим о пустынниках, которые живут в горах Абхазии и Афона, то там суть подвига — уход от политики. Это просто ангельское служение. Мы же все-таки монастырь миссионерского склада. К нам очень большое число паломников приезжает. И у нас основное служение — служение приезжающим людям. Конечно, полностью запереться не совсем будет правильно. Святейший Патриарх в одной из проповедей в Троице-Сергиевой лавре сказал, что сейчас наступило такое время, когда даже монашествующие должны заниматься внешней деятельностью для поддержки тех воинов, которые участвуют в СВО. Это не значит, что все монастыри должны опустеть и все монахи должны двинуться в больницы и на СВО. Но внешний труд, внешний подвиг монахи должны воспринимать.

 

люди на встрече

— Какой ваш личный мотив, почему вы едете «за ленточку» снова и снова?

Иеромонах Максим: Помочь тем людям, которые находятся на грани жизни и смерти, возможно, войти в последний вагон, в Царство Небесное. Приобщение людей к Царству Небесному — задача любого пастыря. А там такие условия, которые помогают человеку наиболее раскрыться. Рассуждаешь: если бы парень жил в обычных условиях, возможно, пил бы, сожительствовал или воровал. Но когда он идет на риск смерти, то готов принять слово Божие. Поэтому Господь и дает такие моменты. Там многие через все эти события, как благоразумные разбойники, входят в Царство Небесное. Чувствуем, что мы некие инструменты Божьи. Через нас Господь многих солдат, которые в обычной жизни никогда бы в храм, может, и не пришли, сподобляет Царства Небесного.

Иеродиакон Тарасий: Понимая, что ребята там воюют за нас, за нас свою жизнь полагают, думаешь: а чем ты можешь помочь? Понятно, мы молимся. Но когда все-таки предложили поехать, я не отказался, потому что, прежде всего, не знал, как там что. А когда приехали на место, почувствовал благодать особую и понял: все-таки правильно сделал, что согласился поехать на СВО. Это всё, конечно, по благословению, по послушанию, и тем не менее ты осознаешь, что хоть как-то должен помочь. Как мы можем помочь? Поддержать словом, пообщаться. Батюшки исповедуют, причащают, а мы, диаконы, тоже, как можем, помогаем. Даже просто поговорить с воином перед исповедью, настроить его — большое дело. Ведь самый главный фактор — духовный. Батюшка сказал, что через узкие врата многие люди приобретают Царство Небесное. Непонятно, что с мобилизованными и добровольцами было бы в миру, а «за ленточкой» они находятся в такой ситуации, где намного быстрее и в каком-то смысле легче, если так можно выразиться, достичь Царства Небесного. И когда ты понимаешь, что хоть малейшую частичку вкладываешь в этот процесс, получаешь утешение. Благодать покрывает, и Господь помогает.

— Страх там испытываете?

Иеродиакон Тарасий: Были такие моменты. Ночью просыпаешься — взрывы вдалеке. Тревога объяла. Помолился — дальше спать. Однажды стояли под навесом, и начался обстрел. С коптера засекли нас. Минут 40 обстреливали. Когда это происходит, до конца не осознаешь свои чувства. Потом мы узнали, что по нам выпустили 15 снарядов, 9 дали осечку. Никто не пострадал. Это чудо. Господь покрывает.

 

монахиня свято-елисаветинского монастыря

— Насколько важны в зоне СВО письма неизвестному солдату?

Иеродиакон Тарасий: Сколько ни встречали, ребята за письма всегда благодарят, потому что это их воодушевляет, утешает, помогает им. Смотришь, здоровый крепкий мужик в возрасте, читает детское письмо и начинает плакать по-детски, проникают слова до глубины души. Это настолько укрепляет, что их дело правое, что они не забыты, что за них молятся, их помнят, поддерживают. Посещают ведь и такие мысли: «А что я здесь делаю?», «Все там, а я воюю»… Но это очень быстро проходит, когда приходит такая весточка.

Один верующий хирург из госпиталя, который находится в тылу, вышел с нами на связь. Попросил, чтобы ребятам, находящимся там на восстановительном лечении, люди писали письма с обратным адресом. Бойцы отвечают на все письма. У них это делание как часть реабилитации. Они рисуют картиночки, поделки делают. Это им помогает морально и духовно. Так они борются с тем, чтобы не впасть в уныние, чтобы мысли тревожные не тяготили. Поэтому пишите письма солдату по этому адресу: 291001, г. Луганск, отделение почтовой связи №1, а/я 55. Отвечать будут каждому и отправлять по указанным вами адресам. Ваших писем очень ждут.

 

прихожане

Беседовала Ольга Косякова

Фотографии Максима Черноголова

«Через нас Господь дает благодать воинам» (часть 1)>>

04.04.2024

Просмотров: 990
Рейтинг: 5
Голосов: 15
Оценка:
Выбрать текст по теме >> Выбрать видео по теме >>
Комментировать