X По авторам
По рубрике
По тегу
По дате
Везде

О том, как писать письма

Святитель Григорий Богослов

В рубрике «Письма духовным чадам» мы предлагаем вам избранные письма близких нам по времени святых и подвижников благочестия. В этих письмах — живое слово и духовное наследие великих пастырей, где и сегодня каждый из нас сможет найти ответы на сложные вопросы о христианской жизни в современной действительности. Все мудрые советы и наставления, адресованные разным людям по разным аспектам духовной жизни, основаны на собственном аскетическом опыте и глубоком понимании святоотеческого наследия. Надеемся, что такое живое пастырское слово обретет благодатную почву в ваших сердцах…

Сегодня делимся с вами письмом святителя Григория Богослова, Назианзина, архиепископа Константинопольского (память 7 февраля и 12 февраля, в Соборе Трех святителей), к племяннику своему Никовулу.

«Из пишущих письма (ты и об этом у меня спрашиваешь) одни пишут длиннее надлежащего, а другие слишком коротко; но и те и другие грешат в мере, подобно стреляющим в цель, из которых одни не докидывают стрелы до цели, а другие перекидывают ее за цель, в обоих же случаях равно не попадают в цель, хотя ошибка происходит от противоположных причин.

Мерой для письма служит необходимость. Не надобно писать длинного письма, когда предметов немного; не надобно и сокращать его, когда предметов много. Поэтому, что же? Нужно ли мудрость мерить персидской верстой или детскими локтями и писать так несовершенно, чтобы походило это не на письмо, а на полуденные тени или на черты, положенные одна на другую, которых длины совпадают, и более мысленно представляются, нежели действительно оказываются различенными в одних из своих пределов, и в собственном смысле, можно сказать, суть подобие подобий?

Чтобы соблюсти меру, необходимо избегать несоразмерности в том и другом. Вот что знаю касательно краткости; а в рассуждении ясности известно то, что надобно, насколько возможно, избегать слога книжного, а более приближаться к слогу разговорному. Короче же сказать, то письмо совершенно и прекрасно, которое может угодить и неученому, и ученому, — первому тем, что приспособлено к понятиям простонародным, а другому тем, что выше простонародного, потому что одинаково не занимательны — и разгаданная загадка, и письмо, требующее толкования.

Третья принадлежность писем — приятность. А ее соблюдем, если будем писать не вовсе сухо и жестко, не без украшений, не без искусства, и, как говорится, не дочиста острижено, то есть когда письмо не лишено мыслей, пословиц, изречений, также острот и замысловатых выражений, потому что всем этим речи сообщается усладительность. Однако же и этих украшений не следует употреблять в излишестве. Без них письмо грубо, а при их излишестве — надуто. Ими надобно пользоваться в такой же мере, в какой — красными нитями в тканях. Допускаем иносказания, но не в большом числе. А концом письма будет то, что слышал я от одного краснобая об орле. Когда птицы спорили о царской власти и другие явились в собрание в разных убранствах, тогда в орле всего прекраснее было то, что он не думал быть красивым. То же самое должно всего более наблюдать в письмах, то есть чтобы письмо не имело излишних украшений и всего более приближалось к естественности.

Вот что о письмах посылаю тебе в письме! Может быть, взялся я и не за свое дело, потому что занимаюсь более важным. Прочее дополнишь сам собственным своим трудолюбием как человек понятливый, а также научат тебя сему люди опытные в этом деле».

Источник: Святитель Григорий Богослов, архиепископ Константинопольский. Творения: в 2 т. Том второй: Стихотворения. Письма. Завещание. — М.: Сибирская Благозвонница, 2007. — (Полное собрание творений святых отцов Церкви и церковных писателей в русском переводе; т. 2).

13.02.2024

Просмотров: 215
Рейтинг: 5
Голосов: 5
Оценка:
Выбрать текст по теме >> Выбрать видео по теме >>
Комментировать