Святая мученица Наталия Козлова
![Святая мученица Наталия Козлова](assets/images/read/2023/main/svyataya-muchenica-big.jpg)
Детские годы будущей мученицы
Мученица Наталия Ивановна Козлова родилась в дореволюционной России 12 сентября 1895 года в благочестивой крестьянской семье. Всю свою жизнь она провела в селе Чурики Скопинского уезда Рязанской губернии (теперь Михайловский район Рязанской области).
Среди пятерых детей Наталия была младшей. Родители приучили их к трудолюбию, привили любовь к Богу и Церкви, дали посильное образование. О духовной настроенности этой семьи говорит то, что одна из сестер Наталии, Матрона, избрала путь монашеской жизни.
Наталия успешно окончила три класса сельской школы, с большим интересом читала Священное Писание и духовную литературу, стремилась быть на каждом богослужении.
Семейная жизнь
В совершеннолетнем возрасте Наталия вышла замуж за Степана Козлова. Это был трудолюбивый и глубоко верующий человек. В браке у них появилось восемь детей.
Семья Козловых имела надел земли, домашнюю скотину и всё необходимое для земледельческих трудов. Об укладе жизни Козловых рассказывает дочь Наталии Ивановны Мария Степановна Козлова-Осина:
Мария Степановна Козлова-Осина, дочь новомученицы Наталии Скопинской
«На своих девяти сотках родители сеяли пшеницу, рожь, овес. Держали лошадь, корову, овец, кур — обычное крестьянское хозяйство. Чтобы прокормить восьмерых детей, отец, мастер на все руки, зимой стекольничал в Москве. Старшие дети там учились и помогали ему.
Отец с братьями построили в Чуриках дом с оцинкованной крышей, просторной горницей. В красном углу под иконами всегда горела лампада…»
Убийство мужа
К 1935 году из восьми детей Козловых в живых осталось только четверо. Один из сыновей Наталии Ивановны, Александр Степанович, вспоминает: «В те далекие, чудовищно трагические годы пострадала и наша матушка Козлова Наталия Ивановна, мать восьми детей, в воспитание которых она вкладывала свое горячее сердце и добрую искреннюю душу.
С великой благодарностью мы храним ее материнское тепло, заботу и ласку. Глубоко, очень глубоко, неизлечимо ранены остались наши детские души после потери родителей. В 1935 году, в январе месяце отняли у нас дорогого нам отца, нас осталось в то время четверо несовершеннолетних детей… Застрелили папу местные руководители (коммунисты) за то, что он их критиковал на общем собрании селян».
Наталия Ивановна Козлова
Мария Степановна хорошо помнит события тех дней: «Были мы единоличниками, в колхоз не вступали из-за церкви: безбожники устроили в ней зернохранилище. Прихожане нашего Богоявленского храма, — а это тысяча двести дворов! — собрались перед сельсоветом и требовали сохранить для молитвы хотя бы вторую половину храма.
Мать моя, подвижница веры, была в Церковном совете, помогала батюшке, пекла просфоры — как сейчас вижу ее в белом платочке у русской печи.
Отец был тоже человек верующий, не хотел вступать в колхоз: видел, недоброе там творится. И однажды на собрании, при районном начальстве, он вслух сказал то, что про себя таили односельчане: и председатель колхоза, и парторг, и председатель сельсовета — все занимаются хищением общего добра, обманывают народ.
Через три дня отца вызвали в район. "Может, факты подтвердились?" — вслух размышлял отец, собираясь в дорогу. Он надел овечий тулуп, серую каракулевую шапку: до района всего 12 километров, но на дворе крещенские морозы, 27 января 1935 года.
В тот же день наш сосед вез жену в больницу, на станцию Катино. Вернувшись, сообщил ужасную весть: сперва по дороге навстречу ему промчалась, точно стремясь поскорее скрыться, тройка лошадей.
Затем повстречалась застрявшая у обочины повозка: "Чья это лошадь? — прикинул сосед, похоже, Козлова Степана Васильевича". Спешился. Увидел страшное: наш отец в залитой кровью каракулевой шапке хрипел простреленным горлом…
Вернувшись в родное село, сосед заехал к нам и обо всем рассказал матери. Вскоре ему домой подбросили записку: еще раз откроешь рот — и твои дети останутся сиротами… Когда из центра приехали следователь и милиция, сосед отказался давать показания».
После трагической смерти главы семьи Козловы столкнулись с еще одной бедой. В 1936 году у них отобрали лошадь за неуплату «государственных платежей». Для крестьянина того времени потеря лошади была катастрофой. Наталия Ивановна стала сама работать за плугом, а малолетние дети поднимали оглобли.
Должность церковной старосты
В это скорбное время мученица Наталия стала примером непоколебимой веры, исповедничества и надежды на милость Божию. Она изливала неиссякаемую любовь к ближним и старалась утешить своих детей и отчаявшихся жителей села.
Сначала Наталию выбрали казначеем, а затем — старостой Богоявленской церкви в Чуриках.
Богоявленская церковь села Чурики, современный вид
За все свои труды на благо Церкви 26 июня 1935 года Наталия Ивановна была удостоена почетной грамоты от архиерея. Она не жалела ни сил, ни времени, обеспечивая храм всем необходимым для проведения богослужений. Чтобы приобрести свечи и кагор, она почти каждую неделю ездила в Москву.
В декабре 1936 года в Чуриках более 200 верующих пришли к сельскому совету, требуя освободить из тюрьмы священника Евгения Светлова, бывшего настоятеля Богоявленской церкви.
Отец Евгений Светлов
В мае 1937 года по инициативе церковного совета Богоявленской церкви села Чурики было организовано многочисленное собрание верующих. В июне Наталия Ивановна вместе с Василием Матвеевичем Абрамкиным, членом церковного совета, отправились в Москву, чтобы вручить председателю ВЦИК* М.И. Калинину более 400 подписей своих односельчан с просьбой вернуть верующим изъятую местными властями под зернохранилище часть храма.
Наталия Ивановна не боялась поддерживать связь с арестованным епископом Игнатием (Садковским) и священником Чуриковской церкви отцом Евгением Светловым. Она поступала в соответствии со словами апостола Павла: …носите тяготы друг друга, и тако исполните закон Христов (ср.: Гал. 6: 2).
Епископ Игнатий (Садковский)
Дочь Мария Степановна вспоминает: «Сама она писала о. Евгению в тюрьму о делах прихода, посылала епископу в заключение передачи, деньги. Люди корили ее за такую ретивость: "Если тебя заберут, что с малыми ребятами будет?"— "На всё воля Божия", — отвечала мать. "А мы как же?" — жалобно спрашивала и я. "Господь вас не оставит", — ласково и с верою отвечала она"».
Такое участие Наталии Ивановны в церковной жизни в качестве старосты не соответствовало разрушительным планам новых властей в России. По их мнению, активность верующих в Чуриках была слишком высокой.
Арест и мученичество
Постановление УНКВД по Московской области от 14 августа 1937 года гласило: «Гражданка Козлова Наталья Ивановна… активная церковница, единоличница, достаточно изобличается в том, что, будучи враждебно настроена к советской власти, ведет среди колхозников активную антисоветскую агитацию, направленную на развал колхоза, вместе с этим ведет среди населения религиозную пропаганду, высказывает пораженческие настроения и террористические заявления по адресу руководителей партии и членов советского правительства.
Осенью 1936 г. организовала контрреволюционное шествие церковников в количестве 150 человек, которые угрожали расправой сельским коммунистам и активистам за арест попа Светлова. …Гражданку Козлову Наталью Ивановну привлечь в качестве обвиняемой по ст. 58 п. 10 УК, мерой пресечения… избрать содержание в Скопинской тюрьме».
Наталия Ивановна категорически отрицала предъявленные ей обвинения в антисоветской и контрреволюционной деятельности.
Выписка из протокола обвинения мученицы Наталии Скопинской (Козловой)
Мария Степановна вспоминает трагические события ночи ареста матери: «…Когда нагрянул "черный воронок", было два часа ночи. Младшие брат и сестра спали, мать велела их не будить. Брат Гаврила, прибывший из города в отпуск, беспечно гулял за околицей с молодежью, бренчал на гитаре…
Двое пришельцев всё перевернули в доме — искали письма о. Евгения Светлова. Всю религиозную литературу, которую мама сама читала и мне давала читать, сгребли в мешки и уволокли в "воронок".
Исподтишка мама сунула мне толстую старую книгу: "Сохрани Библию, Маня!" Я припрятала книгу в подвале, не думала, что она станет когда-нибудь экспонатом в музее Бутово. Прощались мы спокойно, мама не сомневалась, что ее скоро отпустят: ведь четверо несовершеннолетних детей одни остались…»
Вместе с мученицей Наталией были взяты под арест Василий Матвеевич Абрамкин и Василий Данилович Орлов, члены церковного совета Богоявленской церкви в селе Чурики.
16 августа 1937 года все они были перевезены в Таганскую тюрьму в Москве. В результате заседания Тройки УНКВД СССР Московской области** 10 сентября 1937 года было вынесено решение о присуждении им высшей меры наказания — расстрела.
Фото из судебного дела Наталии Ивановны Козловой
Приговор был приведен в исполнение 14 сентября 1937 года. Всех троих расстреляли на Бутовском полигоне НКВД СССР под Москвой.
Посмертная реабилитация
Мария Степановна Козлова-Осина (дочь новомученицы Наталии): «…Мы, дети, еще долгие годы ничегошеньки не знали о маминой участи. Младший брат Александр писал во все инстанции, но тщетно. Видимо, требовалось, чтобы прошло время…
И вот я выросла, выучилась на бухгалтера, перебралась в Литву: после войны здесь с продуктами было лучше и, главное, церкви открыты, есть даже монастырь Святого Духа со святыми мощами трех (Виленских) мучеников (Антония, Иоанна и Евстафия)…
Наконец, отреагировали на запросы брата Александра Степановича, и в 1992 году его пригласили в КГБ на Лукишской площади в Вильнюсе. Показали папку, в которой было фото матери, показали почетную грамоту от Скопинского епископа Игнатия и разрешили взять ее с собой. На ее обороте синим карандашом маминой рукой было нацарапано: "Найдено у меня при обыске. Козлова, 16.8.37".
Но добиться ответа на вопросы, какова участь матери и где ее могила, не удавалось, пока не наступило время гласности и были приняты законы о восстановлении прав репрессированных».
Неожиданно Козловы получили письмо от рязанского священника о. Сергия Трубина, который сообщил о своих исследованиях дел из архива ФСБ, связанных с гонениями на христиан в Рязанской епархии. Он обнаружил дело церковной старосты Н.И. Козловой из села Чурики. Священник просил родных написать о Наталье Ивановне всё, что они помнят.
Спустя некоторое время в Вильнюс пришла посылка с Книгой памяти жертв политических репрессий в Рязанской области, составленной отцом Сергием на основе архивных документов и фотографий. Родственники, прочитав материалы книги, узнали об обвинении, предъявленном Наталье Ивановне Козловой после ее ареста.
На провокационные вопросы следователя об антисоветской агитации и призывах к свержению советской власти Наталья Ивановна отважно отвечала: «Этого я никогда не говорила». А на ранее вписанные в дело будто бы данные ею показания ответила: «Я эти показания не подтверждаю, это неправильно записано, я таких показаний не давала… Не признаю себя виновной».
Крестный ход вокруг Богоявленского храма села Чурики с иконой мученицы Наталии Козловой
Прославление в лике святых
Постановлением Священного Синода Русской Православной Церкви, датированным 17 августа 2004 года, церковная староста Богоявленского храма села Чурики (Михайловский район, Рязанская область, Российская Федерация) Наталия Ивановна Козлова включена в Собор новомучеников и исповедников церкви Русской XX века.
Внучка мученицы Наталии Лариса Александровна Козлова однажды отправилась в Москву в командировку и надеялась найти Бутово и могилу своей бабушки.
Оказалось, что Бутово — это не просто жилой район на юге Москвы, за Варшавской автотрассой. Тут в период с августа 1937 по октябрь 1938 года были расстреляны и погребены более 20 тысяч человек, из них около 1000 пострадавших за веру священнослужителей и мирян Русской Православной Церкви, а также представителей других конфессий.
Храм новомучеников и исповедников Российских XX века в Бутово
Икона Собора новомучеников, в Бутове пострадавших
Лариса Александровна Козлова (внучка): «Не передать душевного потрясения, когда ступаешь по земле, поросшей невиданными деревьями, травой и цветами, удобренными человеческими костями и прахом расстрелянных жертв. Казалось, что сердце подаст знак, узнает родную кровь и ноги сами остановятся рядом с прахом в братской могиле…»
Личные вещи мученицы Наталии Скопинской в музее храма в Бутово
На нижнем этаже просторного православного храма в Бутово находится небольшой музей, где собраны личные вещи новомучеников и их фотографии.
В одном из стеклянных шкафов можно увидеть Евангелие, простую бумажную икону, епархиальную грамоту и женскую шаль. С висящей рядом иконы смотрит женщина в платке — святая мученица Наталия (Козлова).
…После прославления бабушки на душе у Ларисы Александровны и ее родных было и горько, и светло. Сбывается пророчество подвижников благочестия разного времени о том, что в России воссияет такое количество святых, которого не помнит вся история христианства.
14 сентября — особенная дата в жизни вильнюсской семьи Козловых и Осиных. В этот день Церковь чтит память их святой сродницы, мученицы Наталии Скопинской.
Материал подготовлен редакцией сайта obitel-minsk.ru
----------------------
* Всероссийский центральный исполнительный комитет (ВЦИК) — высший законодательный, распорядительный и контролирующий орган государственной власти Российской Советской Республики и РСФСР до 1938 года.
** Тройка Управления НКВД СССР (Народный комиссариат внутренних дел СССР) — один из главных инструментов массовых политических репрессий в СССР в 1930-х гг. Состояла из трех человек — начальника областного УНКВД, секретаря обкома ВКП(б) и прокурора, чем и обусловлено название. Решения троек выносились заочно и обжалованию не подлежали.
13.09.2023
![](/assets/images/avatar_for_comment.webp)
![](/assets/images/avatar_for_comment.webp)