X По авторам
По рубрике
По тегу
По дате
Везде

«Каждому Господь дает свое служение» (часть 1)

Игумения Евфросиния

Настоятельницу Свято-Елисаветинского монастыря г. Минска игумению Евфросинию в постриге нарекли в честь небесной заступницы Белорусской земли святой Евфросинии Полоцкой (это имя означает «радость»). Одна из самых почитаемых святых Беларуси, преподобная Евфросиния, считается покровительницей искусств и наук, и, наверное, неслучайно в минский монастырь стекаются лучшие творческие кадры страны, которые служат Богу своими дарованиями в многочисленных монастырских мастерских. Здесь же проходят реабилитацию те, кому обитель помогает вернуться на путь истинный. Матушка Евфросиния рассказала о своем пути к игуменству, послушании в психиатрической больнице, особенностях устроения вверенной ей обители, которая с самого начала своего существования была ориентирована на помощь людям, а также о свободе и творчестве в монастыре, псевдоцерковности, разных ликах монашества и настоящей культуре.

Ноев ковчег по-мински

— В русском сознании монастырь всегда был и остается маяком спасения, этаким современным Ноевым ковчегом. Минская обитель в этом отношении — самое что ни на есть убежище для страждущих, потерявших правильный ориентир в жизни. Вот только монастырь-то не резиновый, возможно ли помочь всем?

— Мы живем в тяжелое время, у людей проблемы с работой, не на что жить и содержать семью, поэтому они приходят трудиться в монастырь. Наша обитель обеспечивает работой около 1500 человек. Удивительно, но Господь всех как-то пристраивает. Зачастую это люди, совсем далекие от Церкви. Они начинают трудиться в обители и потихоньку воцерковляются, ходят на исповедь, причащаются.

Когда в начале 2000-х гг. монастырю выделили землю с развалившейся фермой, прогнившим коровником и конюшней, мы были в ужасе: обитель только строилась, куда нам еще и подворье? Я в то время по послушанию ходила в психиатрическую больницу к наркозависимым. Многим из них после выписки некуда было деваться. Так подворье превратилось в приют для наркозависимых, а со временем сюда стали приходить из мест лишения свободы, бездомные и прочий люд.

 

Первые насельники подворья с духовником и монашествующими

Первые насельники подворья с духовником и монашествующими сестрами

— Другими словами, места в монастыре всем хватает?

— У Бога места много (улыбается). Господь говорит: Грядущего ко Мне не изжену вон (Ин. 6: 37). С другой стороны, время сейчас такое, мы все испорчены, люди не терпят ни малейших замечаний, сразу претензии: «А где же ваша любовь?» Вот это сложнее всего.

Взять тех же братьев на подворье. К примеру, человек бомжует годами, попадает в монастырь, отмоется, отоспится, отъестся — и вот он уже герой. Это я и в себе вижу. Казалось бы, ты пришла в монастырь и должна Богу служить, ноги всем умывать, а у нас недовольство: эта сестра не так сказала, та не так посмотрела и тому подобное.

Все-таки прошлое поколение отличается от нас. Люди жили в скудости и за каждую копеечку Бога благодарили. У нас, напротив, всё есть: хорошие условия, корпуса новые построили. В этом есть большой минус: мы испорчены достатком, и отсюда все наши беды. Я читала, что раньше в одном московском монастыре монахиням вешали на двери келлий авоськи с дневной нормой картошки — сколько пожертвуют люди, такой и будет трапеза. А мы на всем готовом живем. Поэтому сегодня наши усилия должны быть направлены на внутренний труд над собой.

— Да, мы, православные, нынче избалованы великолепием храмов, всеми удобствами, что характерно и для многих современных обителей, и монашествующие это отмечают.

— Благолепие храмов — это проповедь. Человек, приезжая в монастырь и видя эту красоту, восхищается ею, начинает тянуться к Церкви, к Богу.

Храмы Свято-Елисаветинского монастыря г. Минска

— Ваш монастырь открыт миру. На Ваш взгляд, подобная открытость не вредит монашествующим сестрам? Как им удается совмещать деятельную помощь ближним и молитву? Как вы находите золотую середину?

— Каждому Господь дает свое служение. Я вижу Промысл Божий в отношении нашей обители, в том, что наш монастырь именно такой. Здесь и монашествующие, и сестры милосердия, и душевнобольные, и выброшенные за борт жизни братья и сестры, которых мы устраиваем на подворьях. Господь нас всех собрал, значит, такова Его воля.

А чтобы бороться с грехом внутри себя, вовсе не обязательно уходить в затвор. Зверь, который внутри тебя сидит, проявляется в общении: через конфликты, несогласие. В то же время, служа людям, мы получаем от Бога благодать. А когда только храм — келлия, келлия — храм, все страсти восстают в человеке. Не каждый готов вынести такую внутреннюю борьбу.

Когда в начале формирования монастыря возник вопрос, ходить монахиням в больницу или нет, на одном из собраний наш духовник отец Андрей Лемешонок сказал: «Посади вас сейчас по келлиям, вы на стену полезете». Но это не означает, что нужно оставлять келлию, поймите. Мне кажется, тут нет противоречия.

Послушание в интернате для детей-инвалидов с особенностями психофизического развития

Отец Андрей часто приводит в пример известное житие одного из святителей, где есть такой эпизод: однажды епископы встретили на улице красивую блудницу, и святитель так долго смотрел на нее, что другие смутились. А святитель потом сказал: «Вот бы мы так старались внутренне украсить свою душу, как она — тело!» Он молился за эту блудницу, и впоследствии она стала преподобной.

Вы знаете, я читала письма отца Иоанна (Крестьянкина), где он говорит о том, что в нынешние времена монах все-таки не должен закрываться в келлии. Сейчас стольким людям нужна духовная помощь! Господь поставил нас на такое служение, сами мы этого не искали. И мы не можем закрыть монастырь от людей. Раз они сюда идут, мы должны их принимать.

Да, вы правильно говорите, могут быть потери. Но что примечательно, сестры, которые ездят на выставки с изделиями наших мастерских, возвращаются из поездок светлые, радостные, и по их внутреннему состоянию видно, что они никуда и не уезжали: в них есть жизнь, есть Бог. И, наоборот, сестра, которая всё время находится в монастыре, может ходить «черная», мрачная, всем недовольная.

— В проповедях духовника обители неоднократно подчеркивается тема единства, общности монашествующих и «белых» сестер и вообще православных. Монастырь изначально задумывался с таким посылом?

— Так сложилось само собой, поскольку монастырь родился из сестричества. Не было специального указа или постановления, что на этом месте нужно открыть женскую обитель. Были сестры милосердия, которые несли служение в психиатрической больнице, со временем они захотели жить вместе. Когда началось строительство Елисаветинского храма, никто про монастырь даже и не думал, а уже через год состоялся первый постриг — в августе 1999-го. Этот день считается днем рождения нашего монастыря.

Митрополит Филарет (Вахромеев) благословляет первых сестер на монашескую жизнь

«Родительское благословение всегда будет с тобой»

— Матушка, а как Вы оказались в сестричестве? Что Вас туда привело?

— К этому времени я работала в институте онкологии санитарочкой в операционной. Очень любила операционную и труд в ней и училась на сестринских курсах. В институте онкологии одна из медсестер ходила в церковь и как-то раз предложила мне поехать с ней. Так началось мое воцерковление.

В 90-е гг. духовной литературы в свободном доступе не было, как сейчас, и я, помню, от руки переписывала молитвы. Первыми церковными книгами, которые я прочла, были «Таинство веры» владыки Илариона (Алфеева), писания преподобного Силуана Афонского, книгу о преподобном Сергии Радонежском я впервые прочитала сразу на церковнославянском языке, и как будто всегда знала этот язык — всё было понятно.

В первый раз я причастилась в 1994 году на Пасху в храме святых апостолов Петра и Павла. По воскресеньям отец Андрей служил здесь акафист преподобномученице Елисавете Феодоровне, после которого проводились сестринские собрания в приходском домике. Приходя в храм на акафист, я с трепетом смотрела на сестер милосердия (их тогда было около 10) — они сильно отличались от других прихожан.

 

петропавловский храм

Собор святых апостолов Петра и Павла в г. Минске

После первого собрания, на которое нас пригласили с сестрой Татьяной (сейчас она монахиня Тамара), батюшка благословил мне облачение «белой» сестры и сказал, что нужны медсестры в интернат. Таким образом я стала работать в интернате, а в качестве сестры милосердия ходила в отделение к наркозависимым. Было мне тогда 26 лет.

— Семья у Вас воцерковленная? Как родители восприняли Ваш выбор жизненного пути?

— Мама написала мне письмо, где были такие слова: «Какой бы путь ты ни выбрала, родительское благословение всегда будет с тобой». Это при том, что мои родители были людьми нецерковными.

 

постриг настоятельницы

Монашеский постриг игумении Евфросинии (Лаптик)

— Психиатрическая больница находится рядом с монастырем, пациенты приходят на службы, сестры ухаживают за ними. Жизнь бок о бок с такими людьми, наверное, требует особого склада характера, терпения или монахини привыкают? Возникают ли сложности в этом аспекте или сестры осознанно идут именно в вашу обитель, чтобы служить ближним?

— Во-первых, да, сестры знают, куда они приходят. А во-вторых, почти все первые монахини — это бывшие сестры милосердия, которые пришли в монастырь из сестричества. И сейчас монашество принимают «белые» сестры, но уже есть и другие, кто идет целенаправленно, даже из других стран приезжают: есть сестры из Черногории, Сербии, Польши. Для нас это естественный процесс, мы не акцентируем на этом внимание. Безусловно, сестрам бывает непросто в какие-то моменты. Но у нас в обители каждую неделю проходят монашеские собрания. Это большая помощь для сестер.

Монашеский постриг в Свято-Елисаветинском монастыре г. Минска

«Мы не умеем открываться»

— К слову, о собраниях. У монастыря очень активный сайт в интернете, где среди прочего насыщенного контента с 2008 года выкладываются аудиозаписи сестрических собраний, в рамках которых сестры немного рассказывают и о своем пути в монастырь. Крайне познавательное и полезное слушание, надо отметить.

— Собрания сестер милосердия были с момента возникновения сестричества, с появлением монастыря добавились и монашеские. Монахини посещают оба собрания. Плюс ко всему еженедельно у нас проходит Совет монастыря. Собрания «белых» сестер и монахинь — это общение, обсуждение насущных проблем, обмен мнениями, сестры делятся мыслями и наболевшим друг с другом. Для нас это потребность, эти встречи как продолжение богослужения, где мы все вместе собираемся вокруг Чаши.

— В 2013 году в издательстве монастыря вышла книга «Как мы живем и как нам жить? Диалог современных христиан» — фрагменты собраний, проводившихся с 2006 по 2011 год. На страницах книги духовник обители, монашествующие и «белые» сестры делятся своими переживаниями, опытом духовной жизни, обсуждают вопросы, волнующие каждого христианина. Опять-таки красной нитью в беседах проходит тема единства, из которого, как говорил архимандрит Софроний (Сахаров), рождается великое спасение.

— Мы очень почитаем владыку Софрония. Всё верно, именно для этого мы и собираемся — чтобы сохранить единство. Я не знаю, как можно по-другому сохранить близость, приятие друг друга, понимание. Когда человек говорит, его проще понять.

Сестрическое собрание монашествующих и сестер милосердия с духовником обители протоиереем Андреем Лемешонком

Мне сейчас пришли на ум монашеские конференции в Москве, куда съезжаются игумены и игумении монастырей. Владыка Феогност постоянно призывает, тормошит собравшихся: «Отцы, матушки, задавайте вопросы, не молчите!» Нечто похожее бывает и у нас, когда отец Андрей вопрошает: «Сестры, ну что вы молчите? Неужели вас ничего не волнует?» (улыбается).

— Уж коли речь зашла о монашеских форумах, не могу не спросить. Вам как игумении что дают эти конференции? И возможен ли открытый диалог между монастырями, к которому призывает владыка Феогност, акцентируя внимание на том, чтобы монашествующие делились опытом друг с другом, не замалчивали проблемы?

— Мне кажется, эти встречи просто необходимы, на конференциях можно услышать много полезного. Другой вопрос, что людям трудно открываться, мы все зажатые, не привыкли рассказывать о своих бедах. И когда кто-то из участников зачитывает такой, знаете, елейный, выверенный доклад — зачастую это из-за стеснения и нежелания говорить о себе. На одной из последних конференций, которые я посещала, один из владык не выдержал: «Пожалуйста, давайте уже о сегодняшнем дне и насущных проблемах поговорим!»

Возможно, со временем это изменится. Большое счастье, что есть такие матушки и отцы, которые умеют доносить свои мысли до аудитории, не боятся раскрыться.

— Будучи в Москве, Вы бывали в Марфо-Мариинской обители милосердия, которую основала Великая княгиня Елисавета Феодоровна?

— Как раз во время Рождественских чтений, в январе. Конечно, в обители чувствуется присутствие, любовь преподобномученицы Елисаветы, в честь которой назван и наш монастырь. К слову, в нашем Елисаветинском храме есть икона духовника Марфо-Мариинской обители — преподобноисповедника Сергия (Сребрянского).

— Матушка, а на вынесенный в заголовок книги вопрос — как нам жить? — вы с сестрами нашли ответ?

— Мы его ищем. Но на это, наверное, надо потратить всю жизнь.

Продолжение следует…

Источник: Монастырский вестник (monasterium.ru)

«Каждому Господь дает свое служение» (часть 2)>>

20.04.2023

Просмотров: 293
Рейтинг: 5
Голосов: 42
Оценка:
Комментарии 0
1 год назад
Христос Воскресе!Сохранит Господь святую Обитель,Матушку с сестрами и всех,ищущих Его!!!
Христос Воскесе ???? Слава Богу за все ? Да Благославит вас Господь и сохранит вас. Моя любимая обитель
Выбрать текст по теме >> Выбрать видео по теме >>
Комментировать