X По авторам
По рубрике
По тегу
По дате
Везде

«Наше дело — Богу молиться»

священник с матушкой гости монастыря

Гостей в наш монастырь приводят разные обстоятельства. Кто-то едет сюда в поисках тишины и молитвы, кто-то в надежде познакомиться с обителью, известной своими социальными проектами, а кто-то просто оказывается рядом, заходит… и остается надолго. Протоиерей Николай Шиян с матушкой стали гостями нашей обители неожиданно. Приехав из Запорожья в Минск на лечение, семья священника была вынуждена задержаться в Беларуси, и Господь приютил ее в стенах нашего монастыря.

С Божией помощью

— Оказались мы с матушкой в вашем монастыре Божиим Промыслом, — рассказывает отец Николай. — Благодарны Господу за такое знакомство и хотим сказать спасибо вашему духовнику отцу Андрею Лемешонку, священникам и матушкам за помощь и поддержку. Люди у вас прекрасные — добрые, отзывчивые, дружелюбные.

Живем мы в Запорожье. 32 года я служу в Свято-Никольском храме. В Беларусь приехали на лечение — мне нужна была пересадка почки. Украинцы раньше часто ездили к вашим специалистам, вот и я решил к ним обратиться, но начало военных действий в Украине усложнило ситуацию.

Чтобы подобрать донорский орган, каждые три месяца мне нужно было сдавать кровь в РНПЦ трансфузиологии на Долгиновском тракте. Если в январе я ехал из Запорожья через Чернигов, то в мае уже добирался через Польшу, и это заняло двое суток. Донорская почка живет около 20 часов, так что даже при ее наличии успеть приехать в Минск в нынешних условиях нереально. Выход был один — оставаться в Беларуси.

Приехав в центр трансфузиологии сдавать анализы, я увидел купола храма. Пошел к церкви и понял, что здесь монастырь. Познакомился с матушкой Анфисой, она показала храмы и рассказала об обители. Узнав о моей ситуации, духовник монастыря отец Андрей предложил нам с матушкой остановиться в паломническом центре.

 

деревянный храм Иоанна Шанхайского

В монастыре мы жили почти полгода. В июле мне сделали операцию, потом реабилитация. С Божией помощью всё устроилось. Пока я ожидал почку и в период восстановления, служил с батюшками в алтаре. А теперь пора возвращаться домой: там приход, паства…

Личное дело: «ВЕРУЮЩИЙ»

— Верующий я с детства. Жили мы в Новомосковске (Днепропетровская область). С мамой ходили в храм, там тогда только бабушки молились. В школе нас обзывали богомолами и попонятками. Тяжело было, но мы терпели, молились.

В 1987-м меня направляли в Афганистан, это самая «жара». Но на обложке личного дела красным карандашом было написано «ВЕРУЮЩИЙ», поэтому вместо войны я поехал в Архангельск. Это был первый звоночек: слово «верующий» изменило мою судьбу, ведь из Афганистана я мог не вернуться.

Другая судьба у старшего брата — он погиб в Чернобыле. Служил в армии в Гомеле. Когда случилась авария на атомной станции, всех солдат туда отправили. 21 год, саркома…

В Архангельске я трудился на лесоповале. Куда еще в то время могли отправить верующего человека? Воинская часть в лесу, ближайший населенный пункт в 70 км. Мой крестный отец-священник сказал, какие молитвы выучить. Я их читал, и Господь хранил.

И с медведем в армии встречался. На машинах работали, едем — он бежит рядом. В отряде у нас тоже медведь промышлял, приходил к бочке с отходами из столовой. И с волком пришлось познакомиться. Воду в реке набираю, смотрю, стоит на другом берегу, а речка шириной всего два метра. Ну что, смотрели друг на друга. Ведро я, конечно, потерял…

«Надо принимать, что Господь послал»

— Уже в Архангельске я понял, что надо идти к Богу. В армии всего насмотришься и поймешь, что Господь рядом. И родительское воспитание дало свои плоды. Когда вернулся из армии, хоть и был уже с 4-м разрядом токаря, а пошел служить в храм. Потом и старший брат стал священником, и отец, позже зять, старший сын, затем младший. Много священников в нашей семье. И в Запорожье служат, и в Новомосковске, и в Крыму, и в Белгороде. Куда Господь направил, там каждый и несет свое послушание.

В 1991 году, сразу после рукоположения, направили меня в Свято-Никольский храм в Запорожье. Первые семь лет без жилья было сложно, потом один монах подарил нашей семье квартиру. Сегодня у нас с матушкой трое детей и девять внуков.

Храм, в котором я служу, самый старый в Запорожье. Построили его в 1893 году для рабочих представители немецких колоний, которые жили у нас на поселении и владели кирпичным заводом. В советские годы Хрущев сделал Запорожье образцовым регионом по уничтожению Православия. Все храмы были разрушены, уцелела только Свято-Никольская церковь, поскольку в ней устроили склад химикатов для обработки полей.

В начале 90-х, когда я стал священником, люди шли в храмы. Помню день, когда мы совершали таинство с утра до вечера и повенчали 43 пары. Крестили сразу по 100 человек: люди кругами стояли в храме, невозможно было пройти в алтарь. А потом в Церкви два раскола: одни люди уходили, другие приходили. Тяжело в Украине, но надо принимать испытания, которые Господь послал…

«Место священника — у престола»

— Сейчас в Украине военные действия. Запорожье — прифронтовой город, всего 200 км от Донецка. Обстановка накаленная: сирены, ракеты, люди боятся, прячутся. Когда беженцы из Донецка и Мариуполя в Запорожье приехали, в храм стало больше людей ходить. А куда еще в такое время идти, как не к Богу? Многие люди дома молятся, круглосуточно читают акафисты, чтобы всё это быстрее закончилось…

Наш храм уже 10 лет два раза в неделю кормит бездомных. Закупаем продукты, что-то люди приносят. Еду готовим сами. Начинали с 30 человек, потом количество нуждающихся в пище увеличилось до 300. Сейчас бездомных в городе стало меньше, кормим беженцев.

Люди приходят разные, и верующие, и неверующие, есть хочется всем. А вот реальная помощь в трудоустройстве мало кому нужна. Прихожане говорят бездомным людям: «Придите, вскопайте огород, мы вас накормим, денег дадим». Никто не приходит. Поел и пошел. Многие привыкли так жить — вольные, по-другому не хотят. Мы же не будем заставлять, покормить покормим, оденем. Одни люди приносят какие-то вещи, другие забирают — всё давно налажено.

Пока тепло, людей на улице кормим, как холодает — в оборудованном подвальном помещении. У нас там комната на 50 человек. Есть буржуйка, свет. Одна группа людей зашла, поела, погрелась, ушла, другая пришла. Сейчас время такое, что решили койки поставить: вдруг объявят тревогу, а люди в это время будут в храме на богослужении. Прифронтовой город…

В нашем приходе служат четыре батюшки, и у каждого свое послушание: один ездит в тюрьму, служит там, исповедует, причащает осужденных, второй окормляет детскую областную больницу, третий поддерживает православный дом «Надежда» при Запорожской епархии. Там живут 25 детей, родители которых лишены прав. Батюшка и уроки ведет, и в храм детей привозит на богослужения. Четвертый священник отвечает за работу с бездомными.

Мы стараемся не лезть в политику. Наше дело — Богу молиться. Вот и молимся, чтобы Господь всем нам дал разум и всё это остановил, чтобы мир был. Священник должен служить у престола, там наше место…

«Страха Божьего нет»

— Люди часто спрашивают: «Где же ваш Бог? Что это Он от нас отвернулся?» А у Бога случайностей не бывает. Это не Он отвернулся, это ты убежал. Господь ни от кого не отворачивается, народ от Бога отходит. А Он всегда рядом, надо только лицом к Нему повернуться.

В Библии всё написано. Когда народ развращается, Бог посылает ему жестокого правителя, который так обкладывает податью, что люди приходят в чувство. Как только вспомнили о Боге, Он тут же дает благочестивого правителя. И так по кругу. Наверное, и нам сегодня дана такая встряска, чтобы мы пришли в чувство и вспомнили о покаянии.

 

священник со своей матушкой

Посмотрите, что в семьях делается. Сколько случаев — муж уехал в другую страну на заработки и не вернулся. Я женщинам говорю: «У вас денег не было, но у тебя был муж! А теперь ни денег, ни мужа». Поехал на заработки, увидел другую жизнь, деньги появились, загулял. Всё — свобода, возможности, старая жена уже не нужна! А всё почему? Страха Божьего нет — вот тебе сразу и измена. Семья должна быть вместе!

Своих прихожан я не благословляю уезжать на заработки в другую страну: «Ты семью потеряешь! Или ты "упадешь", или жена. Вы же постепенно становитесь чужими, привыкаете быть сами по себе. Всё — семьи нет, дети сами по себе в компьютере или телефоне…»

Вот иду я из храма. Дети сидят, как наседки, в телефонах. Что они там видят? Блуд, разврат? Ребенок на улице должен бегать, прыгать, смеяться, а не сидеть на лавочке, как старый дедушка. Что им сегодня надо? Телефончик получше, чтобы много игр было. И сидит этот ребенок, как сорняк…

 

молодежь с телефонами

Если бы муж работал, жена сидела с детьми и воспитывала их, как мать, водила в храм с детства, всё было бы по-другому. По Писанию муж работает, жена — рожает и занимается воспитанием детей. А у нас же сейчас бизнес-леди кругом, отсюда и проблемы.

Раньше учителя жили детьми. Если что-то непонятно, ученик остается после уроков, ему еще раз объяснят. Пришли 90-е годы: «Нам не платят, чего мы должны напрягаться? Зачем оно нам надо?»

Родители думают: «Мы ребенка в школу отдали, пусть она и отвечает». А перед Богом кто за детей отвечать будет? Никого это не беспокоит! Логика простая: «Я занята! На тебе, сынок, телефончик, только не мешай!» Телефон может научить ребенка любви? Нет! Только злости, ненависти, жажде наживы. Опять возвращаемся к деньгам.

Развращается народ. А потом удивляемся, где Бог и почему Он отвернулся…

«Человек сам делает свой крест тяжелым или легким»

— В Писании сказано: покается народ — добавит Господь жизнь на земле, не покается — ускорит гибель. Часто приходится слышать от людей: «Так на роду написано, такой крест». Извините, это неверие! Получается, нет смысла ни в молитвах, ни в поклонах? Всё зависит от людей. Человек сам делает свой крест тяжелым или легким — поступками, покаянием…

 

отец Николай с матушкой в нашем монастыре

Всё мы хотим на кого-то ответственность переложить — то Бог у нас виноват, то сосед, то предки. Глупо кого-то винить, надо за собой следить и самому меняться. А у нас как: «Что это там сосед сделал?» Ты не будешь отвечать перед Богом за жизнь соседа. Хочешь ему добра — не злись, не осуждай, помолись. Мы должны свои грехи видеть.

«Бог в душе, и ты спасен!» — это теория баптистов. Апостол Павел сказал: вера без дел мертва (ср.: Иак. 2: 17). Должны быть молитва и труд — это два крыла. Убери одно — и не полетишь. Хороший пример — ваши подворья. Контингент, мягко говоря, сложный. Кому нужны эти люди? Куда они пойдут? А монастырь создал для них место, Господь привел туда людей и дал им возможность через труд и молитву начать новую жизнь.

Мы с матушкой видели на подворье коров, коз, лошадей, свиней — все чистенькие, накормлены, напоены, всё убрано. Это же сколько труда! С какой любовью люди, которые там трудятся, относятся к животным! А женское подворье? Оно более молодое, но мы такую любовь там почувствовали!

Батюшка Андрей ваш — хозяин. Конечно, ему тяжело, но он молодец, полностью отдается служению, живет им. Больше бы таких приютов, где душа вложена. Люди трудятся, идут к Богу. Что еще человеку надо?

Когда люди забывают о Боге, Господь напоминает о Себе. Долго терпит, а потом наказывает. В Беларуси меня порадовало, что народ молится. У вас и дети, и молодежь на богослужениях. В наших храмах людей было поменьше, расслабились…

 

супруги

Беседовала Дарья Гончарова

Фотографии Максима Дударева

27.10.2022

Просмотров: 1069
Рейтинг: 5
Голосов: 36
Оценка:
Комментарии 0
27 дней назад
Крепкого здравия отцу Николаю и матушке!
1 месяц назад
Слава Богу за всё
Выбрать текст по теме >> Выбрать видео по теме >>
Комментировать