X По авторам
По рубрике
По тегу
Везде

Живое свидетельство о святителе Иоанне Шанхайском

Когда в 1966 году владыка Иоанн отошел ко Господу, один из ближайших к нему священников назвал его «святым аскетом вселенского значения». Именно таким знают и почитают святителя Иоанна тысячи людей по всему миру.

На освящении храма во имя святителя Иоанна Шанхайского и Сан-Франциского, которое состоялось в нашей обители 2 июня, присутствовал епископ Русской Православной Церкви Зарубежом на покое Михаил (Донсков). Он хорошо знал владыку Иоанна. И сегодня, в день памяти святителя, мы публикуем воспоминания владыки Михаила о вселенском аскете, пастыре и молитвеннике.

Шанхайский пастырь

В июне 1934 года иеромонах Иоанн был назначен епископом Шанхайским, викарием Китайской и Пекинской епархии. Митрополит Антоний (Храповицкий), отправляя его на новое место служения, так написал о новом епископе: «Как мою душу, как мое сердце посылаю к Вам Владыку Епископа Иоанна. Этот маленький, слабый физически человек, по виду почти как дитя — есть чудо аскетической стойкости и строгости в наше время всеобщего духовного расслабления».

В 1934 году, когда владыка Иоанн прибыл в Шанхай, там проживало около 50 тысяч русских беженцев. В послереволюционные годы русской диаспоре в Китае было крайне тяжело: постоянная нехватка средств, тоска по потерянной Родине, одиночество в чужой стране. Православный храм становился для них единственной отдушиной.

Именно поэтому епископ Иоанн всеми силами старался наладить прежде всего церковную жизнь. При нем было завершено строительство Свято-Николаевской церкви — храма-памятника Царю-мученику. В 1936 году открылось подворье Пекинского женского Покровского монастыря. Возводились и другие храмы в Шанхае, в том числе кафедральный собор в честь иконы Божией Матери «Споручница грешных».

При его личном участии в Шанхае были построены госпиталь, приют, гимназия, дома для престарелых, общественная столовая. В приюте во имя святителя Тихона Задонского воспитывалось около 3,5 тысячи детей. Владыка сам подбирал голодавших и больных детей на улицах шанхайских трущоб.

— Владыка, как только приехал в Шанхай, сразу построил собор, который стоит до сих пор, — вспоминает владыка Михаил. — Но Мао Цзедун закрыл этот прекрасный величественный храм, превратив верхний этаж в биржу, а нижний — в ресторан. Сегодня собор так и не возвращен Церкви.

В октябре 1949 года после успешной победы, при решающей военной и материальной помощи со стороны СССР, Мао Цзедун провозгласил образование Китайской Народной Республики. На Церковь и верующих начались гонения. Стало понятно, что нужно бежать.

Владыка созвал своих последователей в храме и велел им готовиться в дорогу, взяв самые необходимые вещи. На следующий день люди собрались в храме, не зная, куда они направляются. Владыка отслужил молебен и пошел со своим посохом к шанхайскому порту. Пароход с русскими отчалил на Филиппины.

В 1949 году на Филиппинский остров Тубабао прибыло около 5 тысяч русских из Китая. Остров до сих пор известен регулярно обрушивающимися на него тайфунами. Каждый проведенный на острове день нес угрозу для жизни. Но во время существования лагеря и пребывания на острове владыки Иоанна тайфуны обходили остров мимо. Об этом сохранилось много воспоминаний.

На острове поставили палатки, нашли какую-то временную помощь, чтобы прокормить людей. В одной из палаток устроили храм. Как только жизнь беженцев минимально наладилась, владыка уехал в Вашингтон, чтобы рассказать о безвыходном положении русских людей и попросить помощи о переселении.

В Вашингтоне владыка Иоанн отправился прямиком в Белый дом. И вот со своим посохом он пришел в секретариат и говорит: «Я хочу видеть президента Америки, у меня к нему вопрос». Его попросили изложить свою просьбу письменно. Он отказался: «Нет, я хочу видеть президента». «Вы знаете, его тут нет, может быть, придете завтра?»

Владыка просидел трое суток на ступенях Белого дома и таким образом добился разрешения на въезд в Соединенные Штаты для русских беженцев. Они были отправлены в Сан-Франциско и частично в Австралию.

При этом, за время его хлопот в Вашингтоне, он успел сделать закладку храма Иоанна Крестителя, который существует и сегодня.

Деятельность владыки осуществлялась удивительным образом. Никто не понимал, откуда у него появляются возможности исполнить не на словах, а на деле, столько всего. Он никогда не говорил: «Мы сделаем вот это». Он брал и делал. Так было и в Париже.

Церковь в гараже

В 1951 году владыка Иоанн был отправлен окормлять паству Русской Православной Церкви Зарубежом в Западной Европе. На его плечи легла помощь православным церквям Франции и Нидерландов. В те годы он проделал титаническую работу для почитания Православной Церковью древних западных святых, прославившихся еще до разделения единой Церкви. Он собирал сведения об их жизни и духовных подвигах, свидетельства о помощи, иконы.

— У нас не было храма в Париже. Цены за аренду были очень высокими и превышали возможности прихода. К тому же по разным причинам совершались захваты храмов. Наш храм Знамения Божией Матери мы, к несчастью, потеряли. Владыке Иоанну сообщили об этом встречавшие его на вокзале молодые люди. На что он спокойно ответил: «Будет. Торжество Православия в конце недели, и я буду служить, а вы поищите». Два молодых человека начали икать помещение по всему Парижу. И ничего не нашли, кроме гаража, заваленного мусором. Они спросили у владыки, что им делать, сомневаясь, что тот станет служить в таком месте. Он сказал очистить гараж от мусора и попросил распространить по Парижу листовки, что в субботу перед Торжеством Православия будет служиться всенощная, а на следующий день — литургия.

В итоге в этом гараже устроили походный престол, поставили иконы Спасителя и Божией Матери. Но не было хора. И вдруг пришли юноши из лагеря витязей. Старшему из них было 15 лет. Они знали церковный устав, службу и могли петь. Больше никто не пришел.

Всенощная проходила вот в таких условиях: в гараже, с юношеским хором, но практически без людей. По Парижу пошла весть, что владыка Иоанн служил всенощную. На следующее утро, в праздник Торжества Православия, двор был переполнен людьми.

«Церковь в гараже» стала любимым приходом для русских, приезжавших на службы со всех концов города и из пригородов.

Только спустя семь лет владыка нашел особняк, который освятили как храм Всех святых, в земле Российской просиявших. Там до сих пор находится то самое кресло, в котором он принимал людей и отдыхал, потому что никогда не ложился. В этом весь владыка. У него никогда не было формализма. Он просто делал то, что угодно Богу.

Он посещал юношеские лагеря, интернаты, дома престарелых, больницы для туберкулезных больных. Много русских умирало от туберкулеза из-за отсутствия антибиотиков. Моя мама по понедельникам ездила в такие больницы, а вечером перечисляла моему отцу: «Владимир Никифорович скончался, Петр Николаевич скончался…»

«Верните владыку!»

— Мне вспоминается один яркий эпизод, который характеризует святость владыки. Купленный владыкой дом юридически принадлежал трем владельцам: приходу (в нижней части дома находился храм, в котором мы молились много лет), Леснинской обители и Западно-Европейской епархии. В 1962 году владыка внезапно уехал в Сан-Франциско, были трудности с постройкой собора.

Довольно скоро после его отъезда ночью кто-то позвонил в дверь храма. Я открыл. На улице стоял человек, который много лет мучил приход всякими нападениями, доносами. Он направлял их в жандармерию, пытаясь закрыть храм и разогнать приход. В жандармерии, правда, понимали, что это несправедливые жалобы, и просили нас не беспокоиться. Но он не унимался. Мой отец был старостой, и, конечно, этот человек доставлял ему много неприятностей.

Но вдруг он говорит: «Пожалуйста, впустите меня, я пришел мирно, уверяю, я всё вам объясню». Я его впустил с уверенностью, что совершаю ошибку. «Да, я вам причинил много неприятностей, обещаю вам, что больше так делать не буду. Но вот вопрос — где ваш архиерей? Где он?» — «Простите, Вас не касается». — «Верните его немедленно сюда». Он говорил это как человек, требующий срочной помощи.

Как оказалось, всё это время, пока он боролся с церковью, каждый вечер у него была сильная головная боль. Он очень страдал. Он поднимался на второй этаж и садился на одном месте. В это же время владыка Иоанн ходил с миской святой воды вокруг храма и окроплял всё пространство вокруг, все дома рядом. Когда наш недружелюбный сосед увидел это в окошко, он взял телефон, чтобы позвать жандармерию для ареста владыки за его ночные похождения. Но, взявшись за трубку, — окаменел. И пока был обездвижен, наблюдал в окошко, как владыка окроплял пространство вокруг. Как только владыка закончил, рука мужчины стала мягкой, а головная боль прошла. Он сказал, что такое случалось с ним около 30 раз. «Каждый раз я сидел в кресле, владыка приходил, я брал телефон, каменел, потом владыка уходил, и мне становилось хорошо. Вы понимаете, без него я не могу жить. Каюсь, больше вам мешать не буду». И правда, до конца своей жизни он потом нашему храму помогал и всё время требовал — «верните мне владыку Иоанна».

Гонения и пристанище Леснинской обители

Особым покровительством владыки пользовался Леснинский монастырь, основанный когда-то по благословению двух великих старцев — преподобного Амвросия Оптинского и праведного Иоанна Кронштадтского. У этой обители очень тяжелая судьба. Не раз сестрам приходилось эвакуироваться. В итоге из-за постоянных нападок и угроз обитель выехала из Югославии. Часть сестер вернулась в Россию, а часть последовала за матушкой Феодорой во Францию.

— Вообразите, около 60 монахинь всех возрастов, двухметровая матушка игуменья Феодора — княгиня Львова, которая говорила на шести языках, высадились на вокзале в Париже. Они пробыли на вокзале двое суток: пели, молились, плакали. Потом кто-то узнал, что в Париж приехали изгнанные сестры Леснинской обители. Их расселили по семьям. Довольно скоро под Парижем опустел католический монастырь, и появилась возможность временно там устроиться. Сестры пробыли в этом месте около десяти лет. Регулярно шли службы, наладилась монашеская жизнь. Сестры разводили пчел, выращивали овощи, разбили виноградник.

Вот туда мы с отцом ездили на службы владыки Иоанна. Эти литургии имели очень трепетный характер. Во время Евхаристического канона, при освящении Даров, владыка с шумом падал перед престолом, и сиял какой-то особый свет. Когда я был мальчиком, меня, конечно, это очень впечатляло, ведь происходило действительно что-то сверхъестественное. В конце службы владыка выходил на проповедь, которая длилась 45 минут. Он всегда говорил на тему дневного Евангелия. Когда он начинал говорить, мы плохо слышали, плохо разбирали его речь. Но после пяти минут его проповеди всё становилось ясно. Таким образом, через службы владыки у нас была очень глубокая связь с Евангелием.  

Что еще могу рассказать? Много было прожито с владыкой, много было сделано им. Был такой случай. Когда мы выходили из храма, по тротуару проходил мужчина, у него было странное поведение. Он всё заглядывал в нашу сторону, как будто ему неловко. А увидев владыку, пошел быстрее, словно его мучает совесть. Владыка попросил прислужника догнать мужчину. Мальчик стал уговаривать мужчину подойти к владыке. Тот отнекивался, но в конце концов подошел. И владыка ему говорит: «Слушай, тебя выгоняют из квартиры, ты же не заплатил. Тебе третий раз говорят, если не заплатишь, они вынесут все вещи». И со словами «вот, заплати, всё будет в порядке» протянул мужчине деньги — там была необходимая для оплаты сумма…

То же самое произошло с Леснинской обителью, о которой я говорил прежде. В особняке под Парижем сестры прожили около десяти лет. В итоге время договора истекло, и в течение месяца им нужно было выселиться. Мать Феодора не понимала, куда ехать, вариантов не было. Через две недели пришло другое письмо с напоминанием о выезде. В итоге сестры получили уведомление о принудительном выселении через два дня. А там же чудотворная икона Леснинской Божией Матери, всё церковное имущество… Конечно, это был очень тяжелый момент в обители. Все матушки плакали, а мать Феодора говорила: «Бабы, не плакать! С верой надо жить, Господь поможет»!

Когда мать Феодора вышла на улицу на тротуар и приехала машина одного частного лица, предложившего взять на сохранение икону, подъехал почтальон. Он отдал мать Феодоре конверт с деньгами и записку от владыки Иоанна с адресом в Нормандии.

На вокзале долго искали места для всех сестер. Затем кассир с недоверием спросим у матушки: «А деньги-то у вас есть?» «Есть», — хотя она сама не была уверена, хватил ли этих денег. Кассир взял конверт, пересчитал и с недоумением уставился на матушку. Снова пересчитал. «Здесь до сантима точная сумма», — с удивлением произнес он. Вот таким образом матушки переехали в новый монастырь, который действует до сих пор. Там 20 гектаров земли, лес, пруд. Довольно скоро матушка скончалась, но успела побывать в новом доме своей обители.

Все люди, которые так или иначе соприкасались с владыкой по всему земному шару, всегда удивлялись: он делает то, что невозможно человеку. Так и было. Через него действовал Господь.

Также владыка говорил, что Господь никогда не оставит Россию, имея в виду Россию в широком смысле, конечно. А владыке мы всегда верили. И не просто верили, а доверяли полностью, целиком, абсолютно, понимая, что он никогда не скажет того, что не исполнится. Владыка никогда ничего не говорил напрасно. Всё сказанное им было исполнено.

Видеоинтервью с владыкой Михаилом (Донсковым), архиепископом Русской Православной Церкви Зарубежом, смотрите здесь >>

Подготовила Мария Котова

2.07.2019

4 месяца назад
Благодарю Вас за удивительные свидетельства Божественного Служения Святителя Иоанна Шанхайского!!! Владыко, Отче Иоанне, моли Бога о нас!

Написать комментарий...

Цитата
Выбрать материал по теме >>
Комментировать