X По авторам
По рубрике
По тегу
Везде

Поговорим о светской музыке (часть четвертая)

Советское и постсоветское

Об эстраде

— Многие, в том числе и молодежь, любят советскую эстраду — там есть и глубокие тексты, и развлекательные, но при этом не пустые. И музыка, которая, как мы видим, способна долго жить. Советские песни — какие-то по-особенному добрые… Как вы думаете, в чем их секрет?

— Думаю, что их секрет, во всяком случае, не в советскости, это точно. История не стоит на месте, человечество куда-то идет. Темп жизни немыслимо высокий, меняется всё, и постоянно жить в анализе, почему оно изменилось, в хорошую или худшую сторону — так можно и с ума сойти. Иногда нужно просто констатировать, не привязывая это ко времени: мол, вот в советские времена были композиторы, сейчас таких нет. Ну почему же? Сейчас есть другие, потому что время другое. Я не знаю вообще, что бы писал Лист, если бы в его времена был компьютер. Уж не говорю о Мусоргском! Он 100 процентов бы рок писал (улыбается). Как если бы тогда был кинематограф, Чехов бы наверняка писал сценарии. Сейчас всё меняется: другой строй чувств, психология людей другая. Эмоции разные — мы уже не так выражаем чувство восторга или ужаса, как в XIX или XX веке. Всё постоянно изменяется, поэтому глубоких анализов я не хочу здесь делать.

Да, в советское время музыка была другая. Может быть, это зависело от личностей. Может быть, от настроя послевоенного поколения. Потому что все советские люди были причастны к войне — той Великой войне. Отсюда такая музыка.

Еще одно предположение, почему так: музыка и стихи эстрадных песен советского времени имеют истоками русскую классику. Понимаете? Это еще близко людям. Мелодии строятся по классическим законам. А сейчас мелодии превратились в квадрат. Хорошо, если не в «черный». «Заквадраченные» такие, примитивно сложенные наборы звуков. Любая, даже очень красивая попевка должна иметь какую-то форму: развитие, кульминацию, продуманные остановки или ускорения в движении и т.д. Для того, чтобы быть песней, чтобы звучало слово, раньше от мелодии требовалось очень многое. А теперь в основной массе это просто однообразное сканирование слогов, «высшим» проявлением которого является рэп. Причем я не отрицаю — очень изобретательные, оригинальные бывают стихи, но при чем тут музыка? Уже сейчас с полным правом говорят о рэпе как о музыкальном жанре. Но, простите, если там участвуют музыкальные инструменты, это еще не значит, что это музыка. На рояль можно, знаете ли, поставить плитку и яичницу жарить, но музыкой от этого яичница не станет.

А у постсоветской эстрады не то что западные корни — это была бы еще удача, а вот она какая-то… беспородная. Это говорит само за себя. Всё беспородное — оно и безвкусное. Я рада, что приходят люди, которые нарушают, наконец, это торжество беспородности. Например, композитор Игорь Крутой. Ну, сейчас его даже великим называют… «Великость» проверяется временем, это понятие социальное. Должен наступить «послезавтрашний» день (период, эпоха), чтобы можно было сказать, что этот композитор был великим. Я не сторонник всех этих памятников при жизни. Время покажет. Так вот, замечательный эстрадный композитор Игорь Крутой — профессиональный музыкант, певец и дирижер по образованию. Но пошел он, так же, как и Димаш, не в классику, а в эстраду, в песню, и, слава Богу, в последнее время делает там хорошие, профессиональные вещи. Я считаю его одним из лучших эстрадных мелодистов нашего времени. Он думающий, он непростой. Приводимый ниже образец его творчества — это даже не песня, а целая композиция о борьбе между страстью и чистотой внутри человека.

Парадокс: в советские безбожные годы родилось множество песен, которые «говорят» о духовном. И о настоящей любви (не о той, о которой сейчас поют), и о верности Родине, и о вере в добро…

— Вот именно — о вере в добро. То, что вы сейчас перечислили — это нравственные категории. Добро и зло имело в те времена четкое разграничение. Как-то все понимали, что есть что. А сейчас… бедные люди. Их запутали. Начиная с девяностых годов — эта сексуальная революция, запоздало пришедшая к нам: на Западе она давно прошла, и ее уже все забыли, а к нам вдруг прилетело. Или эта анархия под видом свободы — «делай что хочешь». А в искусстве вседозволенность неминуемо выливается в торжество дилетантизма, беспородности, безвкусицы и безответственности. Настоящий музыкант — это огромная ответственность за каждую ноту. Какой нелегкий, напряженный труд — найти одно нужное слово, одну ноту, ту самую, выхватить из пространства и поставить в единственно возможное место!

Есть у Александра Иванова такая песня — «Слово и нота». Хотя он рок-певец, такую песню может создать и спеть только верующее сердце.

О текстах

— Вы сами пишете песни…

— Иногда бывает.

В чем, по-вашему, разница между текстами советских и постсоветских песен?

— Однозначно не отвечу, но могу поразмышлять.

Отец Артемий Владимиров, известный проповедник и писатель, как-то попробовал переделать слова песни «С чего начинается Родина». Там и в самой песне прекрасные слова, а он добавил еще, как вы говорите, духовную составляющую. Текст получился уже от имени верующего, церковного человека. Это так красиво! Мы с сестрами ее постоянно поем на концертах и после акафиста. Народ очень ее любит, потому что откликается сердце, потому что эти возвышенные чувства были заложены в ту мелодию изначально: «С чего начинается Родина? С церквушки над тихой рекой, со Спасова древнего образа, с горящей свечи восковой…»

Возвращаясь к «советскому» периоду — какие стихи в этих песнях, понятные каждому сердцу! Нельзя не вспомнить Александру Пахмутову: «Как молоды мы были, как искренне любили, как верили в себя», «Ничто на земле не проходит бесследно»… Или «Песня о тревожной молодости» — я очень ее в детстве любила и в одиночестве плакала всегда, мое чувство патриотизма требовало этих слез. Там есть такие слова: «Не думай, что все пропели, что бури все отгремели. Готовься к великой цели, а слава тебя найдет» — а сегодня я заменяю на «вера тебя найдет»! Или: «я люблю тебя, жизнь, и надеюсь, что это взаимно» так и хочется заменить на «я люблю Тебя, Бог, и надеюсь, что это взаимно» — оно же само ложится! Я думаю, что песнотворцы того времени думали об этом. Многие в душе были верующими людьми, но время было трудное. Или «Мгновения» Таривердиева: «Не думай о секундах свысока. Настанет время, сам поймешь, наверное: свистят они, как пули у виска — мгновения…» Это ведь и о том, что жизнь проходит мимо, что надо использовать эту жизнь для спасения души… Или «Прекрасное далеко, не будь ко мне жестоко…» Это же просто о рае песня!

Сегодня в нашей эстраде мало песен «о высоком». Но они есть, я назову вам. Есть думающие и чувствующие музыканты, среди них есть и чисто эстрадные певцы. Григорий Лепс, например — уж куда эстрадней! А какая у него песня есть — «Обернитесь»! Константин Меладзе написал. У нас ее одна монахиня пела на подворье. Зал там был импровизированный — перед сценой скамейки стоят, а сзади храм. И она поет: «Обернитесь…» — и показывает на храм. У многих прямо слезы хлынули…

Потому что у песни должен быть многослойный смысл, не только текст, но и подтекст — вот тогда произведение состоялось.

Еще одна личность на нашей эстраде — рок-певица Ольга Кормухина. Она вообще церковный человек, духовная дочь старца Николая Гурьянова, а ее песня «Путь» — это призыв к поиску Бога…

Песни из прошлого с прекрасными стихами — «Перекресток семи дорог» и «Пока горит свеча» Андрея Макаревича. Мы не будем переходить на личности. Еще раз повторюсь: давайте отделять творчество, которое Бог дарует человеку, от его грешной природы. Бог не проходит мимо, всё самое лучшее — от Бога, Который и грешному человеку дает какие-то искры, чтобы через него транслировать людям что-то необходимое, жизненно важное. А через кого же транслировать — ангелов, что ли, спускать с небес? Так мы помрем тут все от света (улыбается)! Поэтому не ангелы, а вот такие люди… «Божественные руки», «ангельское пение» — есть же такие выражения. Эти метафоры идут от чувств людей, и нельзя это игнорировать. Такие песни, как «Я вижу свет», «И, значит, мы живы» Розенбаума, «Замыкая круг» Криса Кельми, «Родина» Сергея Трофимова — от них же хочется жить! Вот послушайте, как поет «Родину» наш бывший подворский брат Саша Рачковский.

А «Офицеры» Газманова? Когда он пел, весь Кремлевский дворец встал. Какой подъем патриотизма вызывают в душе человека эти песни! Как когда-то песни Пахмутовой… Что-то такое непреходящее в них, такая надежда на будущее, такая вера! Или «Журавли» Расула Гамзатова — в переводе, конечно, но это потрясающие стихи: «Не потому ль так часто и печально мы замолкаем, глядя в Небеса?» Ну куда же еще нам смотреть? Не в монитор же (смеется)!

Да, важно уметь смотреть не в монитор…

— А вот удивительный текст песни «На всю оставшуюся жизнь». Обратите внимание на выделенные слова:

Сестра и брат... Взаимной верой

Сестра и брат... Взаимной верой
Мы были сильными вдвойне.
Мы шли к любви и милосердью
В немилосердной той войне.
На всю оставшуюся жизнь
Запомним братство фронтовое,
Как завещание святое
На всю оставшуюся жизнь!

И это восьмидесятые годы прошлого века, советское кино! Поистине, Дух дышит, идеже хощет (Ср.: Ин. 3: 8).

О киномузыке

Сегодня имеет смысл еще знаете о чем поговорить? О новой категории музыки, которой не было до революции, как говорится. У нас часто такой отсчет времени: «Это еще до революции было!» До революции не было чего? Не было кино.

— Вы совершенно правы. Это сейчас огромный пласт музыки — востребованной, часто вполне высокой, заставляющей мыслить и чувствовать в правильном направлении. Если в фильме плохая музыка — это огромная потеря даже для хорошего, в целом, фильма. И не все понимают, почему что-то не то в этом фильме — а это именно из-за музыки: не попадает в образ, или недостаточно таланта у композитора, или он не обладает достаточными навыками. Нужно знать технику, возможности электронной музыки, которые сейчас на высочайшем уровне. Лично мне это нравится. Если музыка играет на образ, на атмосферу — это прекрасно.

Я даже говорю сейчас не столько о песнях из кинофильма — это само собой, это незыблемая классика нашего кинематографа в «аналоговой», как сейчас говорят, записи. Я говорю об инструментальной музыке, которая пронизывает фильм от начала до конца, создавая нужный подтекст. Иногда она прямо противоположна тому, что мы видим в кадре. И это здорово, это находка! Идет какое-нибудь танго, а там человека на расстрел ведут. А ты подумай, почему композитор так написал! Видимо, из контекста фильма должно быть понятно, какую роль эта мелодия играла в прежней жизни этого героя… Ну, это я сейчас фантазирую, просто к примеру. Потому что я сама люблю такое, я люблю думать, писать и слушать «на парадоксе», мне это близко.

Но это так, к слову. Здесь должен идти разговор знаете о чем? Об атмосфере. В кино ведь это очень важно. Каким чудом она создается?.. Попробуйте посмотреть свое любимое кино без музыки — это невозможно! Представьте себе: четыре серии только диалоги, шум машин, падает ложка, открывается дверь, собачка скулит… Только шумы — и никакой музыки. Жуть. (Впрочем, есть художественные фильмы, в которых нет музыки по замыслу режиссера, и это довольно специфические фильмы. Их очень мало, я как-то себе отмечала, но не могу вспомнить.)

В XX веке была целая плеяда замечательных композиторов, писавших для кино. Андрей Петров — он уже почил, Царство ему Небесное — вот это был корифей! При том, что он профессиональный композитор, у него есть классические произведения: симфонии, оперы. Но он свои профессиональные навыки и необыкновенный талант направил и на этот жанр, который нужен людям. Могу назвать Алексея Рыбникова — «Тот самый Мюнхгаузен», «Приключения Буратино»; Александра Зацепина — «Бриллиантовая рука» и другие фильмы Л. Гайдая; Таривердиева, конечно, — это «Ирония судьбы», «Семнадцать мгновений весны».

И мой любимый композитор в жанре киномузыки — Эдуард Артемьев. Именно он работал с лучшими мастерами нашего кинематографа — Андреем Тарковским и Никитой Михалковым. Это музыка, которая создает атмосферу и при этом дает потрясающее ощущение той темы, которую затрагивает автор, режиссер, сценарист. Эти темы везде разные, но это всегда о человеке — обо мне, о тебе, обо всех.

Квинтэссенцией кинотворчества Артемьева я считаю фильм «Сибирский цирюльник». Идея русскости — как она удивительно всегда прорастает в его музыке! В ней есть какая-то такая «нашесть»…

Многие, наверное, любят этот фильм, но не все, возможно, обратили внимание на очень интересный и важный момент. Там в самом сюжете периодически вспоминается о Моцарте, это важно для понимания глубинной связи героев фильма. Она, американка, пишет письмо своему сыну, солдату американской армии, рассказывая о его русском отце. А он играет 23-й концерт для фортепиано с оркестром Моцарта. Очень щемящий момент… В противогазе сидит и играет: начальник-невежда наказал его за то, что он посмел сказать, что Моцарт — гениальный композитор. И он несколько суток принципиально ходил в противогазе, он готов был умереть за то, что Моцарт — гениальный композитор.

В конце концов он переубедил этого полковника и заставил-таки его крикнуть во всеуслышание: «Да, Моцарт — это гениальный композитор, только сними ты уже свой противогаз!»

И на другом полюсе всего фильма — русский офицер, сосланный на каторгу. А в музыке происходит просто чудо: вот как такая щемящая русская мелодия — одна из главных тем всей картины — вырастает из Моцарта?..

Просто Артемьев взял гениальную тему фортепианного концерта, немного переиначил ее и поставил в совершенно другой творческий контекст. И она звучит так по-русски, просто душа выворачивается вся! Это, конечно, талант и мастерство.

Есть и не столь серьезные фильмы. Например, мне очень нравится, как сделана музыка — именно сделана! — к фильму «Ликвидация», о борьбе с бандитизмом в Одессе. Действие происходит сразу после войны. Там играют прекрасные наши актеры — Владимир Машков, Михаил Пореченков, Ксения Раппопорт. Но меня привлекла музыка Энри Лолашвили. Это сделано просто великолепно, с применением современного звучания. Там даже мелодии нет в основной «бандитской» теме, она там и не нужна, потому что задача не персонифицировать образы бандитов, а создать общую атмосферу напряженности и опасности.

А в другом случае Лолашвили поступил так же, как Артемьев в «Сибирском цирюльнике»: он взял тему Брамса — мало кто знает, что это тема из его 3-й симфонии — и сделал ее главной лирико-трагической мелодией всего фильма. Это потрясающе, отлично, ставлю «десятку»!

О западном кинематографе я не говорю — я как-то не припоминаю их композиторов, но там, конечно, есть потрясающие работы в смысле создания нужного образа и атмосферы.

Я делаю вывод, что это одно из основных направлений, куда повернет музыка. Все композиторы классического направления так или иначе работают и в жанре кинематографа тоже, или музыку к спектаклям пишут — она тоже электронная. Ну, конечно, используют и аутентичное звучание, живые инструменты, сочетание с которыми дает богатейшие возможности. Режиссеры делают клипы на песни известных исполнителей, вкладывая в видеоряд свой оригинальный подтекст. И это очень интересно и красиво.

Значит, история музыкальной культуры повернула в эту сторону. Будем наблюдать, что происходит. Бог посылает нам хороших проводников Своих идей, духа, Своего Промысла о нас. И Он поддерживает нас через музыку — не только духовную.

Беседовала Анастасия Марчук

8.11.2019

Поговорим о светской музыке (часть первая) >>

Поговорим о светской музыке (часть вторая) >>

Поговорим о светской музыке (часть третья) >>

 

Написать комментарий...

Цитата
Выбрать материал по теме >>
Комментировать