X По авторам
По рубрике
По тегу
По дате
Везде

Быть или не быть, или Как мы видим монашество (часть третья)

монашество

Монахиня Тамара: Нам, первым сестрам, было проще, потому что нам было много дано авансом. Мы не были долго послушницами и инокинями.

Протоиерей Андрей: В этом есть и плюсы, и минусы – вот в чем дело.

Монахиня Тамара: Сестрам, которых будут постригать или которые еще ожидают пострига, надо иметь доверие. На самом деле здесь есть большая тайна, которую, наверное, по-человечески просто не объяснишь.

Единственное, что помнишь, – это первые дни после пострига: они такие чудесные! Даже не знаю, как их и описать… И они не повторятся, наверное, никогда. Потому что то, что дает Бог просто так, своим трудом достичь очень трудно. Но все равно усилия нужно делать постоянно. Самое интересное, что ощущения во время пострига до сих пор живы.

Протоиерей Андрей: Есть прожитый опыт, который дает надежду. Он как сказка какая-то, которая дает силы жить. Один монах написал книгу об Афоне через лет 30–40. Он прожил несколько лет среди людей духовных и спустя много времени описал этот опыт уже через призму своего служения в Церкви. И это было видение зрелого священника, монаха, который в раннем возрасте был в благодатном состоянии, в общении со старцами.

Меня многие просят написать что-нибудь о старце Николае. Но я понимаю, что могу еще неправильно понять, неправильно выразить какие-то вещи. Иногда я что-то вспоминаю, переосмысливаю, чтобы можно было чем-то поделиться с ближними. Поэтому и ваше сегодняшнее слово тоже еще формируется. Сколько ты в монашестве?

Монахиня Тамара: 15 лет.

Протоиерей Андрей: Что такое 15 лет?!

Монахиня Тамара: Это первые шаги, на самом деле.

Протоиерей Андрей: А то уже герой! (смеется)

 

Монахиня Тамара: Я помню момент, из-за которого меня до сих пор держит доверие. Случается, что Бог дает Вам видеть жизнь человека по-другому. Нам с мать Марфой о постриге в иночество сообщили за два-три дня. Это было быстро и неожиданно. И старшая сестра монахиня Елизавета Вас спросила насчет меня: «Как? Это же все равно что пустосмех постригать в монахини». А Вы тогда на меня посмотрели серьезно и сказали: «Нет». В том смысле, что есть в человеке что-то, что ему нужно дать возможность проявить. Для меня это было большой поддержкой. И дальше, когда в монастыре проходили постриги, я понимала, что Бог через Вас видит в человеке то, что не вижу я. Поэтому надо не терять это доверие. Мне Господь так давал, что я никогда не спорила, достойна я или не достойна…

Протоиерей Андрей: Глупо говорить: достойна или не достойна. Это какие-то детские шалости. За что разбойник попал в рай? Какой тут критерий?

Монахиня Тамара: Я понимала, что я не достойна. Постриг для меня был большой неожиданностью. Вообще до сих пор каждый постриг я переживаю как свой собственный. Понимаешь, сколько Господь дает Своей милости, благодати, и доверия человеку. Я благодарна Богу, что Он привел меня в монастырь.

Когда я переступила порог монастыря, я на долгие годы забыла, что такое уныние.  Я хорошо помню, как мы все пели «Се Жених грядет в полунощи…» Мне все время хотелось петь это песнопение. Для меня и сейчас это самое близкое… хоть и реже хожу на службы, жалею себя.

Монахиня Тавифа: Слушаю сестер и понимаю, что я очень неблагодарный человек. Очень тяжело говорить о том, что не проживаешь, ведь с постригом в жизнь входят ограничения. Как Вы говорили, что-то, что может себе позволить послушница, не может инокиня. Поэтому я до сих пор не понимаю, как можно хотеть пострига.

Мне непонятно, когда говорят про какие-то чины, как будто это какие-то пагоны за выслугу лет. Человеку, к сожалению, свойственно такое восприятие. Волей-неволей чувствуешь, что ты уже поднялся на какую-то ступеньку, у тебя есть определенное право на что-то.

Протоиерей Андрей: Мне очень понятны твои слова.  

Монахиня Тавифа: Вообще, мне было непросто вначале. Особенно было страшно, когда рекомендовали к постригу, но держало доверие и было страшно нарушить послушание. Первый год монастыря был испытанием.

Протоиерей Андрей: Да, был очень тяжелый период тогда. Сестры плакали, и была опасность разрушения монастыря.

Монахиня Тавифа: Основное, что нужно понять, что в монастыре другая пирамида ценностей. Ты не растешь по карьерной лестнице, все с точностью до наоборот.

Фрагмент монашеского собрания

Продолжение следует…

<< Быть или не быть, или Как мы видим монашество (часть первая)

<< Быть или не быть, или Как мы видим монашество (часть вторая)

02.01.2018

Просмотров: 156
Рейтинг: 5
Голосов: 2
Оценка:
Комментировать