«Хочется, чтобы мы жили в духе»

Ну что, гром не прогремел, но голубь прилетел, и это нас вдохновляет.

Бог есть Любовь. И это открытие в духе подарил миру апостол Иоанн Богослов. Любовь не имеет никаких границ. Если мы хоть немножко услышали что-то в сегодняшних молитвах, то эта любовь распространяется на всю вселенную, на мир видимый и невидимый, на тех, кто жил очень давно на этой земле и ушел, и тех, кто живет, кто еще будет жить, рождаться. Эта любовь непостижима, эта любовь неизмерима, и, прикоснувшись к этой любви, мы уже становимся небожителями. И нам на земле плохо. В этом мире всё неправильно — грех становится нормой жизни, и человеку здесь не нужен Бог. Ему нужно хорошо кушать, сладко спать, развлекаться. И так человек мучает свою бессмертную душу, пытаясь за счет тела сделать свою жизнь счастливой. Это утопия безумия. Поэтому мы, конечно же, сегодня, в этот день Пятидесятный, встали на колени и просим обновления. Мы просим сил, потому что кто-то еще молод, а у кого-то уже что-то и побаливает. Но это всё такая ерунда! Душа должна быть живой, молодой. Вечно молодой. И это происходит тогда, когда в тебе есть Дух Святой.

У нас был долгий путь. Мы начали этот путь на Прощеное воскресенье, а может, даже еще раньше, в предуготовительные недели поста. И вот сегодня мы дошли — мы прошли весь путь Цветной Триоди, и через неделю начинается Петров пост. А эта неделя без поста, потому что велик праздник Святой Троицы.

Хочется, чтобы мы жили в духе, чтобы мы не жили по плоти. Плоть и кровь не наследуют Царство Небесное (ср.: 1 Кор. 15: 50). Хочется, чтобы мы по-другому посмотрели на свою жизнь, на своих близких, чтобы в наших отношениях была глубина и в этой глубине мы видели смысл и полноту, а не поверхность. Поверхность можно отшлифовать, разрисовать, но это всё только внешне. А когда в человеке живет Бог, любовь, ему везде хорошо.

Сегодня много у нас людей причастилось, и это огромный праздник. Люди пришли, потому что они жаждут, потому что мир их не устраивает. Он не дает человеку пищи — ни внутренней, ни духовной. Он высасывает — этот мир высасывает все силы. Мы должны их употреблять, чтобы в поте лица добывать хлеб, чтобы строить какие-то отношения, которые так недолговечны. Мы все друг друга похороним, но верующий человек так не думает: мы будем жить вечно. И даже если кто-то ушел в другой мир, мы ожидаем встречи. Представляете, какая колоссальная разница между верующим и неверующим человеком? У верующего человека нет смерти, а неверующий — всю жизнь живет на краю могилы. Вот и всё. Выбирайте, что хотите.

Но мир не пускает, и нам приходится с ним бороться. И грех, который в нас, тоже не пускает. Поэтому храм становится нашей лечебницей, больницей. Храм становится тем местом, где мы растем, воспитываемся для новой, вечной, жизни. Если человек отрывается от храма, если он живет, бегая по этому миру в поисках неизвестно чего, сам не зная, чего он хочет, то, конечно, такая жизнь становится бессмысленной.

Так что, друзья мои, с праздником вас Святой Троицы! Хочется, чтобы этот Дух Божий весь год до следующего поста был руководителем нашим, вразумителем, чтобы не мы, не я хочу, не я сейчас думаю, что мне делать, а чтобы: Господи, скажи мне путь, пойду к Тебе, взяв душу мою. Изми мя от враг моих, Господи, к Тебе прибегох. Научи мя творити волю Твою… (ср.: Пс. 142: 8–10).

Проповедь после Божественной литургии в праздник Святой Троицы 31.05.2026 г.