Здравствуйте, батюшка! Спасибо за Ваши ответы, они помогают осознать, в правильном ли направлении движешься. Помогите, пожалуйста, разобраться в сложной для меня ситуации. Я пришла к вере год назад в возрасте 50 лет. До этого всю сознательную жизнь была атеисткой (я химик по образованию) и «идейным» человеком: пионерская и комсомольская организации, понятие «гражданский долг» значили очень много в моей жизни. Поэтому мое обращение в веру было не понято родными и расценено как некое чудачество в трудный период жизни (после опасной операции на легких), но недовольства никто не выказывал, т. к. рады были моему возвращению из Минска. Я же чистосердечно делилась радостью озарения в Свято-Елисаветинском храме (вошла в храм и почувствовала, что я — дома!) и взахлеб рассказывала о духовном подвиге Елизаветы Федоровны. С этого времени я начала ходить в церковь, понемногу изучать совершенно не известные мне страницы библейской истории (по просветительским аудиолекциям Сретенской духовной семинарии). Мое мировоззрение изменилось, в доме стали появляться всё новые иконы, в качестве подарка родным (маме, мужу) уже не могла рассматривать ничего, кроме серебряного крестика с иконой. Мое изменившееся поведение (раньше приоритетом были дети, 20 и 27 лет) стало настораживать родных. Мама мягко напоминает, что есть куда потратить деньги, кроме церковных треб и паломничества, муж в открытую заявляет, что мне «задурили голову». Немного проще с детьми, они признают мою свободу выбора, но не в восторге от того, что я серьезно отношусь к выполнению церковного устава, в том числе поста. Когда этой весной я находилась на контрольном обследовании в Минске и каждый вечер ходила на службы в монастырь, недовольство родных усугубилось. Они обоснованно сердились, что поговорить по телефону со мной можно было только поздно вечером, и мне перед ними было стыдно, потому что на обследование в больницу на самом деле я легла только для того, чтобы иметь возможность бывать в монастыре. Когда мощи прмц. Елисаветы были принесены в монастырь, приехала на сутки в Минск и провела всё время в храме, а не с детьми, хотя они учатся и работают в Минске. К сожалению, хозяйка из меня всегда была нерадивая, а после операции работоспособность снизилась, и я не успеваю по дому делать всё как следует, но на службы всё равно хожу, и это не может не возмущать мужа. Получается, что я своим поведением косвенно настраиваю родных против Церкви! А ведь для меня сейчас нет ничего более желанного, чем надеяться, что и на них когда-нибудь снизойдет благодать веры… Правильно ли я себя веду? Возможно, нужно пока на время уменьшить рвение к церкви, но это — как перестать дышать! Я и так слишком медленно узнаю слово Божие и научаюсь правильно жить. Полжизни я прожила без веры и не могу позволить себе сейчас остановиться в ее постижении. Вот и моя дилемма: продолжать жить, как просит душа — значит, обижать невниманием родных; уменьшить рвение к жизни церкви — расцениваю как предательство. Как быть? Извините за длинное послание, спасибо, р. Б. Елена, Бобруйск.